НАС НАГРЕЛИ
Ратифицировав Киотский
протокол, Россия двинулась в поход против
собственных интересов, считает ведущий
российский климатолог профессор Владимир
КЛИМЕНКО
Судя по
тому, как все происходило, кто-то на Западе сильно
выкрутил руки нашему несгибаемому железному
Путину… Сначала президент неоднократно и жестко
высказывался в том смысле, что Россия еще
подумает, ратифицировать ей Киотский протокол
или нет, и решит в соответствии со своими
интересами. А потом то ли Россия решила не думать,
то ли ее интересы резко поменялись, но протокол
был в два счета ратифицирован. Чем это грозит?
— Я думаю, для России
глобальное потепление — это очень даже хорошо,
если учесть, что у нас самая холодная страна в
мире. Есть, правда, еще ряд стран, где тоже
нежарко, — Финляндия, Канада…
 —
Почему-то все вспоминают эту несчастную Канаду…
Для справки: главный канадский город Торонто
находится на широте Сочи, а самый северный
крупный канадский город Эдмонтон лежит на широте
нашего Орла, то есть южнее Москвы на 400 км… Ну не
живут люди на северах: нельзя там жить,
некомфортно! Только в России города-миллионники
могут находиться вблизи нулевой изотермы
среднегодовых температур.
Заметьте: все мировые
цивилизации зародились там, где проходит
среднегодовая изотерма, равная 20оС. Эта изотерма
проходит через Египет, Месопотамию, долину Инда,
Восточный Китай и далее через океан по местам
великих мезоамериканских цивилизаций. Не зря
температуру в 20оС называют комнатной — это
температура максимального комфорта для нашего
тела.
Россию к комфортным для
проживания странам отнести никак нельзя. Мы
привыкли гордиться размерами своей страны, а
ведь на самом деле у России не самая большая
территория, если, конечно, считать только ее
эффективную территорию, то есть площадь, где
могут жить люди. Две трети территории России —
вечная мерзлота, то есть местность, для обитания
неприспособленная. И ведь только-только
растеплилось на планете, только-только жить
начинаем, как нате вам — Протокол.
Сейчас мы переживаем
период совершенно необычный — наблюдается
потепление, которого не бывало со времен
Древнего царства в Египте. Из последних пяти
тысяч лет нашей истории первые полторы тысячи
лет были довольно теплыми, потом наметился тренд
к похолоданию, а к концу Средневековья земной шар
довольно быстро свалился в так называемый Малый
ледниковый период. Во время этого печального
периода было много удивительных вещей — на 2–3
месяца замерзал Босфор, например. Одно из таких
событий произошло в 764 году и описано в трудах
византийского историка Феофана Исповедника... В
первой половине IХ века много раз замерзала
Венецианская лагуна, и товары в Венецию
доставлялись повозками по льду. Могу привести уж
совсем фантастические случаи: в исторических
хрониках дважды зафиксировано замерзание Нила у
Александрии — в 829-м и 1011 годах!.. Невероятно
холодный 1695 год обошелся Европе в миллионы (!)
человеческих жизней. В Эстонии население
сократилось на 30%, в Финляндии — на 50%, в Шотландии
— на 30%.
— Какая
неприятность… Представляю, что было тогда в
России.
— В России между ХIV и
ХIХ веками снег вообще мог выпасть в любой месяц
лета. Иногда летние заморозки повторялись
несколько лет подряд. Это было в XIV, XV, конце XVI
века. Но особенно тяжелым был голод в первую и
последнюю декаду XVII века. Правление Бориса
Годунова получило в российской хронологии
название несчастного правления именно потому,
что в 1600, 1601, 1602 и 1603 годах в Москве выпадал снег в
июле и августе, а заморозки случались во все
летние месяцы.
Самое страшное, когда
холодные годы образуют кластер, то есть следуют
один за другим; тогда несколько лет подряд не
удается собрать урожай, и люди просто вымирают. В
некоторых губерниях вымерло до половины
населения. Борис Годунов прилагал героические
усилия, открыл царские закрома, наделял хлебом
голодающих, но всех все равно спасти не мог.
Отсюда все тогдашние беды России, все это Смутное
время.
— Чем же было вызвано
такое ужасное похолодание во времена Годунова?
— Ответ на этот
вопрос удалось найти только в последние
пять-шесть лет. Кластеры и летние заморозки
обычно связаны с крупными извержениями вулканов,
которые выбрасывают огромное количество
сернистых газов, они образуют мельчайшие
капельки серной кислоты, создающей эффективный
тепловой экран, отчего снижается
светопроницаемость атмосферы и наступает на
несколько лет похолодание. Помните, был термин
«ядерная зима»? Тот же принцип… Так вот, недавно
удалось определить, где же именно произошло
злосчастное извержение, закончившееся для
России национальной катастрофой, — в 1600 году в
Южной Америке на территории Перу взорвался
вулкан Уайнапутина (Huainaputina).
Поэтому слава богу, что
происходит самое глобальное потепление. Причем в
России оно происходит быстрее, чем в среднем по
шарику; среднемировое повышение температуры на 1
градус для России оборачивается повышением на
2–3 градуса: так уж устроена глобальная
климатическая система.
За прошедшие сто лет
среднегодовая температура в России уже
поднялась на 1–1,5 градуса, и это принесло
колоссальные результаты — сейчас климат в
России гораздо теплее, чем в прошлом и
позапрошлом веках. Некоторым кажется, что 1,5
градуса — это мизер… Знаете, при Николае I в
России начал издаваться «Журнал Министерства
внутренних дел». Так вот, в конце XIX века этот
журнал писал: «16 ноября температура упала до
минус 15 градусов. Установился чудный санный
путь…». И писано это не о Москве, а о Крыме!
Поскольку я занимаюсь
климатом, то, когда читаю русскую классику,
машинально отмечаю все связанное с погодой.
Читая Достоевского, я много раз обращал внимание
на то, что его герои летом ходят по Питеру в
пальто. В «Братьях Карамазовых» в одном эпизоде
(дело происходит в конце октября) автор между
делом упоминает, что морозец стоял минус 10оС. И из
контекста понятно, что это обычное явление… У
Гиляровского есть эпизод, где он описывает, как
первый раз в жизни приехал в Москву. Это было 19
октября 1876 года. Гиляровский рассказывает, как,
сойдя с поезда, он со своими баулами перелез
через сугроб и сел на извозчика. И тоже пишет об
этом совершенно спокойно: подумаешь, середина
октября, а в Москве сугробы… Россия — страна
постоянных климатических катастроф. О чем
говорить, если из последней 1000 лет в России 800 лет
было неурожайных!..
То, что главная проблема
России — холод, российские мыслители поняли еще
в XIX веке. Победоносцев — учитель Александра III —
как-то написал: «Да знаете ли вы, что такое Россия?
Ледяная пустыня, а по ней ходит лихой человек».
Империи всегда не хватало тепла и влаги. Лучшие
умы России — Менделеев, Обручев — мечтали о
модификации климата России. Эти мечты в ХХ веке
стали приобретать уже вполне реальные черты. В
Детской энциклопедии 1959 года я, будучи
школьником, читал проект перегораживания
Берингова пролива плотиной. С юга планировалось
качать к плотине огромными насосами теплую
океанскую воду — устроить искусственное теплое
течение. Была и другая идея — гнать гигантскими
насосами теплые воды Атлантики вдоль наших
северов — продлить Гольфстрим, чтобы растопить
льды Северного Ледовитого, установить
постоянное пароходное сообщение по Северному
морскому пути, засеять Сибирь пшеницей… Был еще
проект затопить часть сибирской равнины,
перегородив Енисей. Создание искусственного
моря должно было смягчить климат в Сибири.
— А я в детстве читал
фантастический производственный роман
Казанцева «Мол северный» — о постройке
супердамбы, которая отгородила бы наши северные
моря от льдов Ледовитого океана.
— Неудивительно.
Тогда идеи улучшения климата будоражили
общество и серьезно обсуждались на
государственном уровне. В 1960-е годы Академия наук
провела несколько международных конференций,
посвященных проблеме искусственного изменения
климата в России. Советская власть готова была
вложить миллиарды, чтобы хоть чуть-чуть повысить
среднегодовую температуру. Или хотя бы одну
только влажность!.. И вот теперь, когда все
происходит само собой, бесплатно, наши
экологисты рвут на себе волосы: ай, потепление
грядет!..
А между тем через сто лет
потепления вечная мерзлота отступит на 200 км к
северу, освободив нам для жизни территорию,
равную двум Франциям. Виноград будет вызревать
под Орлом. Но главное даже не это, а повышение
зимних температур. Я даже не говорю о наших
замерзающих и потому вечно простаивающих
морских портах, о тратах на расчистку дорог от
снега и прочем. Возьмем одно только отопление
жилищ и предприятий. Подсчитано, что каждый
градус потепления экономит нашей стране
примерно сто миллионов тонн условного топлива в
год. Значит, за один век этот градус сэкономит 10
млрд тонн топлива — это примерно столько,
сколько содержат все нефтяные запасы России! И
все это богатство нам свалится с неба. Теперь
ответьте: стоит ли России бороться против
глобального потепления за свой счет?
О том, откуда взялись
зловещие прогнозы и почему потепление обернется
новым ледниковым периодом, а также сможет ли
Россия заработать на Киотском протоколе,
несмотря на Украину, — читайте в следующем
номере «Новой».
Александр НИКОНОВ,
журнал «Все ясно»,
специально для «Новой»
17.01.2005
|
