КОЛОМНЫЙ ЗАЛ
Современное искусство
дошло до Коломны — и обнаружило музей
современного искусства в кремле XVI века
Начавшаяся
в непосредственной близости от Мавзолея
Московская биеннале дошла до крайней точки —
исторического центра подмосковной Коломны. «Что
делает честь биеннале, а не Коломне», — смело
провозглашали на самом отдаленном вернисаже
московские арткритики. Потому что наряду с
мечтами кураторов о том, как на гребне биеннале
наше искусство торжественно въедет в
международный контекст, есть еще скромное
желание не выпадать и из реальной жизни, в
которой артефакты часто обнаруживаются вне
галерейных стен.
Центр
древнего города обегаешь за десять минут. На
территории фрагментарно сохранившегося кремля
XVI века, от вокзала до высокого обрыва над рекой,
— только церкви, монастырь и четыре улицы
деревянных домов с резными наличниками и густо
дымящими на февральском морозе печными трубами.
Центрального отопления
нет, зато в самом центре средневековой крепости,
напротив красных ворот, рядом с экскурсионным
бюро и баром «Намеки», стоит единственная в
Коломне галерея современного искусства «Лига».
Посреди стильной галереи
раскинут вместительный белоснежный шатер из
парашюта. На стене — фотографии приусадебных
участков. На одной необычный агрегат для поливки
огорода — из обычной ракеты, на каких в космос
летают. (Так сбываются в частной жизни лозунги о
покорении космоса и «технике в жизнь», увязшие в
масштабе страны.) Другой фотосюжет мирный —
портрет саженцев на снегу. Зябнущие ветки,
трогательно обтянутые капроновым чулком, сквозь
который еще и розовый закат просвечивает, —
высказывание о телесности, биоскульптура нового
времени. А вокруг живые вещи: носилки из корыта и
бетономешалка с винтом от стиральной машины,
рукодельный станок для изготовления кинотитров
и деревянный холодильник. Вилы. (Да, антенна из
алюминиевой вилки тоже имеется.)
«Что вы наделали,
коломенцы?» — название выставки собирателя
вещевого фольклора Владимира Архипова, чья
коллекция началась с «узнавания» в крючке для
одежды согнутой на огне зубной щетки, ничего не
объясняет. Объясняют сами авторы — устные или
письменные комментарии народных умельцев
Архипов собирает так же бережно, как и их
произведения.
Низенькую табуретку с
мисочкой хозяева рекомендуют («Для нашей
собачки, чтобы у нее пища проходила ровненько») и
предлагают подарить вместе с собачкой.
Еще теплее шапка типа
буденновки, которую скроила из своих вещей
бабушка для внука Никиты: «Щас таких шапок-то и не
продают». А когда стали продавать фирменные
дорожные утюги, отдала дочь в музей папин
походный утюг («...Отец придумал, чтобы, как
начальнику, выглядеть всегда отглаженным,
ухоженным»).
Вечным двигателем
прирученной технической мысли кажется антенна
из дисков памяти ЭВМ («ловит три программы,
особенно дециметровые каналы»). А хитом
международного значения и узнаваемым брендом
архиповского музея стала лопата из дорожного
знака. Только не знают зарубежные поклонники, что
автор ее добыл бросовый знак, воспользовавшись
служебным положением: в 90-е занимался
лицензированием, и служащие транспорта должны
были отучиться у него правилам безопасности.
Бронзовая затычка для
ванны («бронзы на ЗТСе много, как говорится,
было») — чуть ли не золото Трои: по авторитетному
мнению куратора и искусствоведа Виктора Мизиано,
который стоял у истоков Московской биеннале,
затычка в одном ряду с «Фонтаном» Марселя Дюшана
и татлинской башней III Интернационала.
А саженцы в чулках
продолжают гуманистическую тему биеннале в
Мультимедийном комплексе актуальных искусств:
гравюры маньеризма и фотоштудии Роберта
Мэпплторпа, Михаль Ровнер с человеческой
биомассой и «Участки» Ольги Чернышевой —
фотографии чудовищных заборов из колючей
проволоки и кровельного железа, которые возводят
владельцы шести соток.
В Коломне показывают
такую же сетку — человек 10 метров забора из
проволоки руками сплел! Если смотреть на сетку
как на барьер между человеком и природой — мрак,
конечно, а когда о ее изготовлении рассказывают,
будто о кольчугах из крапивы в сказке «Дикие
лебеди», органическое полотно получается.
«Вынужденные» вещи — не
равные самим себе. И как на них художник
посмотрит — так они на биеннале и приживаются.
Архипов, большой артистической способности
человек, видит искусство там, где его сами авторы
не замечают, а наблюдатели смеются.
«От местной прессы мы
получим по полной программе за эту выставку в
рамках биеннале», — говорили организаторы на
открытии. Получается, что современного искусства
в городе нет, а музей его есть. И любовь к теплым
вещам на биеннале оказывается важнее прорыва в
международный контекст.
Володя — сам коломенец, а
его экспедиция в русскую провинцию длится уже
десять лет. Обнаруженные там изобретения
соотечественников он показывает в Германии,
Чехии, Бельгии, Великобритании.
А одноклассник Володи
Виталий все это время жил в Коломне — и вот
галерею сделал. «Случайных людей здесь не
бывает», — косится на прибывающих зрителей
сотрудница галереи. Но это она скорее по поводу
биеннале. На выставки живописи, концерты и
творческие вечера в «Лигу» заходят не только
проезжие туристы, но и коломенцы.
В ответ на вопрос о
самоокупаемости галерейного бизнеса директор
самого модного в городе места смеется. Виталий с
удовольствием рассказывает, что интерьер
галереи был замечен столичными дизайнерами. Что
«Лига» — это еще и креативное бюро, и вообще «для
зарабатывания денег есть бизнес». Никаких
саженцев фирма не вяжет и вилок не гнет. А на
глупый вопрос заезжей журналистки — зачем ему,
мол, вся эта затея, про нетрадиционное искусство
в провинции — традиционно так отвечает: «Чтобы
не было скучно».
Наталия САВОСЬКИНА
14.02.2005
|
