NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

ЛИБЕРАЛЫ И ОБИРАЛЫ
Неужели дискредитирована сама идея справедливости?
       
(Рисунок С. Аруханова)
       
       
Как вам такая цитатка? «Главная причина слабости либеральной партии заключалась в отсутствии корней в народе. Невозможность опираться на народ отдавала ее в распоряжение правительства со связанными руками… Они (либералы. — Ст. Р.) хотели бы проповедать замену власти бюрократии властью имущего класса, но народ ненавидел такой же жгучей ненавистью имущий класс, как и бюрократию».
       Старо, банально — но в том-то и дело. Ибо писано замечательным социологом Василием Васильевичем Берви (1829—1918, псевдоним — Флеровский), а приведено как нечуждое новому веку Давидом Самойловым — в дневнике 1971 года. Откуда и извлекаю вечно живую цитату как нынешнюю злободневность.
       Что ж получается? Эпоха Александра III — брежневский застой — ельцинско-путинская «демократия»… Обречена, стало быть, либеральная идея в России?
       Не то. Ее, воплощенной реально, тем паче допущенной к рычагам и кормилам (если только не вспомнить каламбур Маяковского, что «кормило» — от слова «корм»), у нас и не было никогда. Не толковать же как об истинном либерализме о реформах Гайдара, не говоря о Кудрине—Грефе, этих, как гласит замечательная реклама пельменей, «старых друзьях в новой упаковке». Эти-то — плюс непременный Зурабов — имеют право именоваться либералами с той же степенью терминологической точности, как инициатор известного письма Крутов — патриотом.
       Но вот к ряду и еще одна тривиальность: нищие не устраивают революций, у них забота — не сдохнуть, ведь и Октябрьскую, по замечанию Михаила Пришвина, делали сытые матросы, защищали сытые латыши. Революция — «бунт людей, которым привили потребности, каковых они не могут удовлетворить» (Герберт Маркузе).
       Покончив с набором заемных цитат, добавлю, что революция в России стала неотвратима уже в те отдаленные годы, когда — не в книгах, в реальности — появился учуянный Достоевским общественный тип: люди, страдающие не только от голода-холода, но от сознания, что холод и голод унизительны. Прежде не то что рабу-крепостному (беспаспортному колхознику), но и обывателю-горожанину не приходило в голову мериться с барами (с партноменклатурой за ее глухими заборами). Теперь обыватель увидел, что блага жизни получает тот, кого он может счесть не избраннее себя, — например, вчерашняя мелкая сошка, свой брат, выслуживший чин. И вот в самоизлияниях героев Достоевского зазвучало не просто: «Я голоден!», но и: «Я голоден в то время, как другие сыты!». Даже: «Пусть я не голоден, но зачем он сытее меня?». «Сударыня… Я желал бы называться князем де Монбаром, а между тем я только Лебядкин…».
       Уродливо, как уродлив полубезумный капитан из «Бесов»? Еще бы — а каким еще быть протесту в уродливой ситуации, ныне кривозеркально воспроизводящейся? «Зурабова — в трамвай!», «Путин, отними деньги у олигархов, а нам верни льготы!»…
       Не переставая, талдычим о неисправимой российской ментальности. О счастье, испытываемом оттого, что у соседа сгорел его зажиточный, богаче нашего, дом, — о счастье, куда большем, чем мы способны испытать, выстроив собственный. Да, ужасно. Но в том-то дело, в том и беда (нелогично добавлю: в том, может быть, и робкая наша надежда), что эта мерзкая радость имеет в основе в точности то же самое, что наши лучшие качества: чувство справедливости.
       Пока, увы, оборачивающееся тем, что справедливость предпочитаем закону («Как же мне вас судить теперь? Ежели по законам… — Нет, уж за что же, Серапион Мардарьич!.. Суди по душе, будь отец…» — это, понятно, уже Островский). В результате чего благодарные поселяне Шахматова скакали по клавишам блоковской «пианины», любуясь, как они, черные с белым, брызжут в стороны…
       Но (но!) разве при этом сама идея справедливости, на которой взросли русская литература и русская философия, лучшее, что мы дали миру, от такого ее применения в области социальной вовсе дискредитирована? Разве — говоря все о той же «либеральной партии» — не резонно сомнение, на справедливости и основанное: отчего они, устраивая нам приватизации, дефолты и подчас даже лениво каясь в ошибках, сами не беднели вместе с нами, их глупой волей обобранными? Разве демонстрации против монетизации льгот с жалким, по сути, требованием вернуть соответственно жалкие послабления не есть всплеск — вот что главное! — не только все той же чаемой справедливости, но зачаточного либерального сознания?
       То, в чем начальники обвиняют взбунтовавшихся дедушек-бабушек — в намерении вернуть распределительную систему, — не есть ли в действительности долгожданное преображение нашей традиционной завистливости к удачливым и богатым в нечто иное? В то, что — ну, разумеется, далеко не совсем, однако уже похоже на неискаженное понимание «либеральной идеи». Как… Да что там мудрить. Как возможности чувствовать себя человеком, имеющим достоинство, а то, глядишь, и достояние; ощутившим свои права; болезненно переживающим их ущемление.
       И вот на что у меня какая-никакая надежда. На дело Ходорковского — понимая «дело» не просто как конкретное и судебное.
       До оскомины зацитировано ахматовское — о Бродском, о суде над ним: дескать, нашему рыжему делают биографию. И ведь сделали — без этого Бродский, конечно, стал бы не худшим поэтом, но получил ли бы Нобелевскую?
       Нынче Путин делает Ходорковскому… Нет, не биографию, ее ему покорежили, но — судьбу.
       По плечу ли она олигарху (с поэтом, чур меня, чур, не сравниваю)? Не знаю. Как бы то ни было, помню, что вскричала в «Новой» Женя Альбац: думала ли она, что будет защищать Ходорковского? Свершилось: защищаем, хотя бы сочувствуем.
       Что говорить, испытывать благодарность за «творимую легенду» было бы со стороны узника «Матросской Тишины» так же странно, как для Бродского — благодарить посадившую его советскую власть. По крайней мере — в момент посадки; после-то поэт высказывался о благотворности этакого опыта. И действительно: так делается история. Создаются исторические фигуры, которыми часто становятся против воли, в нашем случае заодно ломая стереотип, согласно которому богатея не стоит жалеть. Ну как эта ломка пойдет вширь?..
       Может, и не пойдет. Неотвратимо другое.
       Стыжусь признаться, но иной раз ловлю себя на вековечной российской глупости: хочется стать царистом. Поверить: царь опять обманут боярами. Какой там Путин ни будь чекист-расчекист, но, сочувственно думаю я, неужто ему, человеку явно неглупому, не бывает страшно ночами от внезапного осознания, куда идет страна с ее экономикой, социальной политикой, образованием?.. А утром придет кто-нибудь из холопов с вестями о пятой колонне — и по новой.
       Понимаю, понимаю: да, глупость. Но не выдумка, не иллюзия — то, что за Путиным идут путинята, отобранные отнюдь не по принципу возрастания — хотя бы и сравнительно с ним — человеческой и интеллектуальной значительности.
       Вывод: делу либерализма крепнуть. Потому что не «либеральная партия», о которой народ, в сущности, повторяет сказанное некогда умным консерватором Денисом Давыдовым: «Всякой маменькин сынок, всякой обирала, модных бредней дурачок корчит либерала» (рифма-то какова!), — не партия, говорю, способна пробиться к сознанию и подсознанию населения. Само население силой вынуждается взращивать ростки либерализма, свойственные нормальной человеческой природе.
       
       Станислав РАССАДИН, обозреватель «Новой»
       
24.02.2005
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 14
24 февраля 2005 г.

Проспект Медиа
Пособие для бедных мыслью

В «шпорах» рождается истина

Марат Гельман: Цензуры нет. Есть редакционная политика

Редакторы снова взялись за монтажные ножницы

Как работает фабрика телецензуры

Сергей Канаев: Профессия журналиста стала рабской

Игорь Стадник: Патриотический антиамериканизм раскручивался до банального просто

Владимир Кара-Мурза: Первые признаки цензуры побудили основать НТВ

Испытание сроком. Что думают журналисты НТВ, ТВ-6 и ТВС спустя четыре года после встречи с президентом

Глава русской службы Euronews Петр Фёдоров — о цензуре на своём канале

Четвертая власть
1 доллар тиражом миллион экземпляров

Кавказский узел
Во время перемирия, объявленного Масхадовым, силовики устроили соревнование: кто лучше докажет, что перемирие невозможно

Штурм квартир в Нальчике и Карачаевске: итоги спецопераций

Расследования
Возвращение сентября. В Беслане найдено захоронение…

В Благовещенске продолжаются репрессии

Митинги.Ру
Благовещенск настроен на долгую борьбу

В Ижевске назначен день осады Госсовета Удмуртии

Мир и мы
Активистов молодежного «ЯБЛОКА» не выпустили из страны

Примирившись после Ирака, США и «старая Европа» задумались над демократией в России

На встречу с Бушем Путин попал после Ющенко

Неужели Путин больше никогда не посетит Украину?

Армия
Когда не хватает зеленых, всплывают красно-коричневые

Государство делает вид, что платит военным. Военные — что служат

Сначала монетизацию льгот опробовали на военных

Плата за жульё
С 1 марта вступает в действие новый Жилищный кодекс. Квартирный вопрос закрыт

Обстоятельства
Команда Фрадкова не способна работать в условиях кризиса

Власть
«Медведь» пойдёт в развалочку

Точка зрения
Станислав Рассадин: Неужели дискредитирована сама идея справедливости?

Александр Рыклин: Ответственность перед народом не имеет срока давности

Виктор Шендерович. О картошке, демократии, подготовке к 60-летию Победы и силах международного террора

Суд да дело
Судья Светлана Марасанова: Против присяжных выступают те, кто ищет лёгких путей в правосудии

Навстречу выборам
Никто никого не подслушивал. Это… инопланетяне!

Новости компаний
«Газпром» высокого давления

Регионы
Жалко гадов

Спорт
Дерлей станет старлеем. Бразилец и восемь португальцев — в «милицейской» команде «Динамо»

Библиотека
Пастернак — травка русской поэзии

Евтушенко и Вознесенский… Двое и все мы

Музыкальная жизнь
Синий троллейбус доехал до Кремля

Кинобудка
«Берлинале». Главные призы фестиваля получили африканский и китайский фильмы

Театральный бинокль
Жена полка — над полем боли. В войне победил не Сталин

Наше наследие: Арапчата из «Цирка»

АРХИВ ЗА 2005 ГОД
97
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2005 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100