NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

НОВЫЙ РУССКИЙ
Вопреки реформе здравоохранения в деревне Жвалово появился Антошка Нечаев (рост — 54, вес — 3250)
       
(Фото Маргариты Калининой)
      
       
После провала первых социальных реформ Государственная Дума России все откладывает и откладывает рассмотрение четырех первых законопроектов реформы здравоохранения. Но и эта реформа надвигается неизбежно. Врачи уже бьют тревогу.
       По их прогнозам, в России может исчезнуть система бесплатного здравоохранения, будет закрыто большинство региональных больниц, а медработники попадут под сокращение. И это совсем не истерические прогнозы. Дело в том, что подготовка к этой реформе в регионах давно идет. «Новая газета» уже писала о том, чем закончился пилотный проект в Тверской области: врачи так и не увидели денег, выделенных на больницы, а область осталась обремененной долгом в семь миллионов долларов. А в Ленинградской, Калужской, Воронежской, Астраханской, Костромской и других областях уже закрывают родильные отделения и целые больницы. И пациентам по любому поводу приходится ездить в областной центр.
       Редакционное задание найти в среднестатистическом селе женщину, готовящуюся стать мамой, и сопровождать ее вплоть до появления нового гражданина России получила наш корреспондент Ольга ГОНЧАРОВА. Она отправилась в отдаленный район Костромской области, уже испытавшей первые удары реформы.
       
       Наша справка:
       Судиславский район. Главный город — Судиславль, в 51 км к северо-востоку от Костромы. Население — 5,8 тыс. человек. Кроме райцентра, есть еще десять больших сел. В деревню Жвалово автобусы ходят раз в неделю. Почту, больницу и школу здесь закрыли несколько лет назад. В отдаленных селах дорог нет. Недавно в деревне Калинки убили человека. Милиционеры не смогли доехать до места преступления. Пришлось тащить труп на пододеяльнике до самой трассы.
       
       
Как сокращали больницу
       Врачи Судиславской ЦРБ два года отстаивали роддом, даже собрали совет в районной администрации. Но потом пришел приказ из области, и роддом все равно закрыли. Теперь от целого отделения осталась одна женская консультация и два врача: Светлана Валентиновна Бубнова и Валентина Васильевна Тарасова. Медсестры ушли работать в самый вредный цех химического производства на завод, где трудится муж Лены Нечаевой, одна акушерка — в Костромскую психиатрическую больницу строгого режима для преступников, признанных судом невменяемыми. Теперь ее почти каждый день кто-то «берет в заложники» или пытается задушить. Психиатрическая больница — источник дохода и для медперсонала Судиславской ЦРБ. В свободное время здесь подрабатывают лор, рентгенолог и кожный врач. Больницу финансирует федеральный бюджет, поэтому у душевнобольных пациентов — четырехразовое питание, у медработников — московские зарплаты, а в палатах — евроремонт.
       Судиславскую больницу не ремонтировали 15 лет, не реконструировали — 150. С тех пор, как ее подарил городу граф-меценат Третьяков. Напротив старого обветшавшего здания — недостроенный четырехэтажный корпус. Двадцать лет назад здесь начали строить новую поликлинику, но потом в районном бюджете не хватило денег. Так что у врачей в кабинетах осыпается краска, течет потолок, а в стационаре инфекционные и неинфекционные больные могут лежать в одной палате.
       Сейчас врачам предстоит испытать на себе прелести реформы здравоохранения. Несколько лет назад в Костромской области ее уже начинали. Тогда в некоторых селах сократили медперсонал больниц и фельдшерско-акушерских пунктов. Сильно пострадала, правда, только деревня Сорож — областная резервация для костромских пьяниц и бомжей. Сюда их отправляют прямо из «обезьянников» и вытрезвителей. В деревне много опустевших полуразрушенных домов и одно пустое здание фельдшерского пункта. Каждый день сюда приходит санитарка, чтобы вымыть полы и полить цветы. Фельдшер и медсестра тут давно не работают — «попали под реформу».
       
       
       
Чтобы найти Лену, мне пришлось прошагать семь километров пешком от райцентра Судиславль до ее деревни через лес и поле. Раз в неделю, если не бывает поломок, сюда ходит рейсовый автобус.
       Лена живет в старом кирпичном двухэтажном доме. У ее подъезда меня встретила большая лохматая собака. А через минуту она уже с лаем догоняла меня в конце улицы. Смотрю: около деревянной изгороди качается пожилой мужчина и с интересом за нами наблюдает.
       — Могли бы и помочь, — говорю ему.
       — А я эту псину сам боюсь, — он быстро слез с изгороди и скрылся в доме.
       Мужчины в Жвалове бывают двух видов. Одни трудятся на ферме, получают пятьсот рублей в месяц и страдают алкоголизмом. Другие работают на частных заводах в районном центре.
       Можно сказать, что Лене повезло. Каждое утро ее муж Алексей Нечаев встает в 4 утра, уходит пешком в Судиславль и целый день работает в цехе производства электродов. А на выходные ездит в лес — «рубить делянку». За все это он получает около 6 тысяч рублей в месяц. Лена в своем управлении социальной защиты — около двух тысяч. Они здесь вроде местного среднего класса. Часть денег Нечаевы откладывают на ремонт дома, который они недавно купили в городе. Этим летом семья переберется туда. Но пока Алексей собирается покупать камин, чтобы «не заморозить» в квартире сына. У Нечаевых две маленькие комнатки и одна печка-буржуйка. К вечеру, когда с работы приходит муж, а дочка возвращается из школы, Лена нагревает печку докрасна. Вся семья ходит по дому в валенках, куртках и пуховых платках. У Лены сейчас бронхит. Врачи не разрешали ей долго гулять на морозе и поднимать тяжести. На морозе она старается не гулять. (В последние дни. А до этого работала — нарезала километры по соседним деревням.) Утром, чтобы постирать, надевает валенки и идет на промерзшую кухню. Там набирает огромный котел воды, с усилием поднимает его и ставит на плиту…
       
       
В последнюю неделю перед Антошкиным рождением Алексей очень переживал — не получалось найти машину, чтобы отвезти Лену в роддом, когда у нее начнутся схватки. Сельским роженицам приходится на собственном транспорте добираться до перинатального центра в Костроме (час пути). В прошлом году рожала Ленина соседка: машина сломалась — дочь появилась на свет прямо на трассе.
       Раньше в Судиславском районе каждого третьего малыша (неважно, мальчик или девочка) называли Пашей. В честь врача-гинеколога Павла Александровича. Тогда в городе еще работал роддом.
       — Каждую женщину наблюдать было просто, потому что они все к нам поступали на сохранение. Потом в Костроме построили перинатальный центр. Роддома в Сусанине, Красном и у нас, в Судиславле, закрыли, а медиков сократили, чтобы «зря не финансировать», — объясняет гинеколог Судиславской центральной райбольницы Светлана Бубнова.
       От родильного отделения, где было восемь коек, остался только один бокс с кроватью и кушеткой. По идее, здесь должны рожать женщины, которые не успевают со схватками доехать до Костромы. Но таких каждый раз оказывается слишком много, поэтому всякая беременность для врача-гинеколога Светланы Валентиновны — испытание на прочность. Чтобы доставить беременную женщину в костромской роддом, нужно обзвонить как минимум пять инстанций.
       — Приезжает женщина с преждевременными родами, ребенок рождается недоношенным. А у нас в больнице сейчас нет кювезов. Без этих аппаратов такой малыш не выживет. В Костроме наших часто отказываются принимать, у них все переполнено. Мы звоним, и только с криками, с нервами их соглашаются определить в палаты, — говорит Светлана Валентиновна Бубнова.
       Последний раз роженицу, присланную из района, так и продержали в машине до родов, не принимали ни в первый городской роддом, ни в перинатальный центр. Поэтому теперь Светлана Валентиновна отправляет будущих мам в Кострому с единственной оставшейся в больнице акушеркой Наташей. В среду Наташа будет сопровождать в роддом и Лену Нечаеву, но до этого я провела еще четыре дня с ней и судиславскими врачами.
       
       Жвалово, воскресенье
       Алексей наконец нашел машину — договорился с соседом, что в четверг они вместе повезут Лену в Кострому, а потом его срочно вызвали на завод. Когда он уехал, Лена чуть не упала в обморок. Хорошо еще, что рядом оказалась дочка Юля. Год назад Лена сломала позвоночник, перенесла тяжелую операцию, долго лежала в больнице. Она знала, что всю беременность будет страдать от тошноты и сильных болей в спине, но Антошку все равно решила оставить. Сейчас у Лены еще одна беда: ее и дочку мучает кашель.
       — Нам еще повезло, что в нашей квартире потолок не течет, — говорит Лена.
       У Нечаевых в подъезде остались только одна соседка и медицинский пункт с медсестрой тетей Валей. Остальные жильцы съехали пять лет назад, когда в доме начала протекать крыша. Сначала она протекала только летом от очень сильных дождей. Теперь — почти каждый день. Сначала соседки не отчаивались: накрывали телевизор и остальную мебель пластмассовыми тазиками и каждую неделю ходили в жилищно-коммунальную инспекцию Судиславского района. Наконец крышу отремонтировали, а через два месяца она обвалилась совсем.
       
       Судиславль, понедельник
       В Судиславле нет гостиницы. Приезжим предлагают воспитательскую комнату в общежитии поварского ПТУ с диваном и телевизором. У комнаты есть недостаток: она не запирается изнутри.
       — Ты возьми шнурок и привяжи покрепче от дверной ручки к гвоздю. А то у нас обычно ребята по ночам могут в дверь ломиться, — объясняла мне комендант Надежда Николаевна.
       Когда комната пустует, сюда приходят будущие повара смотреть телевизор. В остальное время выселяют постояльцев. В первый же вечер они устроили митинг у дверей воспитательской, а потом порвали шнурок… С тех пор почти все время я старалась проводить в больнице, пока гинеколог Светлана Валентиновна не забрала меня к себе. В ноябре управление ЦРБ помогло ей купить квартиру на окраине Судиславля, а до этого она 13 лет жила в общежитии. Она могла бы уехать. Два года назад ей предлагали место в Костромском перинатальном центре. Светлана Валентиновна уже собрала вещи, но потом подумала и поняла, что не сможет бросить своих больных.
       
       
В коридоре кричит… невысокий пожилой человек в старом тулупе.
       — Где мой пакет?!
       Вокруг него столпились пенсионеры. Они явно решили взять штурмом ординаторскую.
       — Какой пакет? — спрашиваю.
       — Как это — какой?! Мне его министр Зурабов обещал по телевизору, а я от врачей что-то до сих пор ни пакетов, ни сумок не дождался.
       После Нового года пенсионеры перестали сдерживаться. В Костроме почти полностью разгромили кабинку регистрации в больнице на улице Фестивальной, а в макарьевской аптеке разбили витрину. Больше всех в ЦРБ достается Светлане Валентиновне. Она, как и все врачи, совмещает две должности: гинеколога и начмеда (остальные работают так: окулист — за онколога, невропатолог — за психиатра, заведующий стационаром — за врача УЗИ, и только в качестве анестезиолога никто не работает).
       Началось с того, что с нового года всех судиславских врачей «зашифровали»: прислали тысячу рецептов нового образца. Каждый рецепт — разлинованная бумажка с 13 пунктами: шифр врача, шифр его больницы, шифр отделения, шифр лекарства, шифр дозы и т.д. Если врач ошибется хотя бы в одной цифре, льготникам не выдают лекарства, и они с криками возвращаются в больницу. Сами врачи давно назвали монетизацию льгот «бумажной революцией». Каждый день после работы они приносят домой целую кипу документов нового образца и ночью заполняют.
       
       Жвалово, вторник
       Вечером Лена повела Юлю в баню на другой конец деревни. В последнее время девочка боится ходить по улицам одна. Месяц назад в область пришла телефонограмма: усилить охрану всех организаций и промышленных объектов. Паника продолжалась до тех пор, пока местная газета наконец не опубликовала объявление: «Не бойтесь. В районе шахидок нет». Только Юля и другие дети не поверили и до сих пор боятся темноты и незнакомых людей на улице. Поэтому Лена решила отправить ее к бабушке, пока сама будет находиться в роддоме. Больше всех не повезло Юлиной пятилетней подружке Алле. Недавно ее маму увезли в Кострому с пятой беременностью, папа целыми днями на работе, так что на время девочка стала главой семьи. Утром она провожает отца на работу, а потом готовит обед и присматривает за младшими.
       До восьмого месяца Лена занималась проблемами многодетных матерей в управлении соцзащиты Судиславля. Ходила пешком в отдаленные деревни. Разговаривала с мамами и знает, что в некоторых районах к роженице даже «скорая» приехать не сможет. Будущие мамы идут со схватками несколько километров пешком до большой дороги и уже там ждут врачей.
       
       Судиславль, среда
       Антошка появляться на свет не спешил. У Лены начиналась 41-я неделя беременности, а признаков приближающихся родов все не было. Скоро за Лену уже переживала вся Судиславская районная больница, а потом и весь город. «Ну что, еще не родила?» — спрашивали врачи, продавцы в магазинах, комендант общежития и даже повара из ПТУ. В больнице ее ждали в четверг: они с мужем должны были приехать на предварительную «явку».
       Но уже в среду я увидела побледневшую Лену у кабинета Светланы Валентиновны… Утром Алексей уехал по делам в Кострому, а Юля — в школу. Лена начала стирать и почувствовала резкую боль в животе. Бросилась к телефону, но до «скорой» дозвониться не смогла (здесь иногда отключают связь). Тетя Валя из медпункта на первом этаже уже ушла домой.
       В перерывах между схватками Лена побежала к дороге — ловить машину, но тут вернулся сосед из города. Он довез ее до Судиславской ЦРБ. Светлана Валентиновна ее осмотрела, а оттуда уже на «скорой» вместе с Наташей отправила в Кострому. Там Лену, к счастью, приняли без вопросов.
       — Ну вот и дождалась, — сказала мне Лена уже перед дверью роддома, а потом улыбнулась и добавила: — Я тебя имею в виду.
       Через пять часов родился Антошка.
       
       P.S. Когда Костромской перинатальный центр осенью закрывали на плановую мойку, женщины со всей области ездили рожать в родильный дом города Нерехты. Это третий в области родовспомогательный центр. Вот уже несколько лет областные власти каждый раз по разным причинам пытаются закрыть и его. Сейчас идет плановая профилактическая проверка. Сотрудники санэпидемстанции заговорили о том, что больница не соответствует санитарным нормам, поэтому врачи должны на несколько лет прекратить работу. Медики пока не сдаются.
       
       Ольга ГОНЧАРОВА, наш спец. корр., Костромская область
     
       
       В последние три года под реформу здравоохранения попали и были закрыты роддома в городах:
       Екатеринбург, Невьянск, Среднеуральск (Свердловская область), Североморск, Сызрань, Нижневартовск, Тула, Псков, Кузнецк, Шахты (Ростовская область), Омск, Киржач (Владимирская область).
       
       
       Статистические данные ВОЗ по Европе:
       
       Финансирование здравоохранения как процент от ВВП:
       1. Швейцария – 10,7…
       43. Украина – 3,4
       44. Россия – 2,9
       45. Молдова – 2,6
       
       Коэффициент рождаемости (число новорожденных на 1000 человек)
       1. Таджикистан – 27,2…
       44. Белоруссия – 9,2
       45. Россия – 9,1
       46. Армения – 9
       
       Младенческая смертность на 1000 новорожденных
       1. Турция – 40
       8. Босния и Герцеговина – 15
       9. Россия – 14,6
       10. Болгария – 14,4
       
       
21.03.2005
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 20
21 марта 2005 г.

Расследования
Продолжение расследования о роли огнеметов «Шмель» в бесланской трагедии

«Норд-Ост». Газ не спасал от взрыва

Воспоминания заложницы о днях, проведенных в «Норд-Осте»

Воспоминания бывшего посла Казахстана в России о переговорах с террористами

Отделение связи
Обращение к президенту
В. Путину: «Примите справедливое решение»!


Кавказский узел
Георгий Хаиндрава: Предложения Сергея Багапша очень любопытны

Павел Фельгенгауэр: России придется уйти с Кавказа

Когда деревья будут большими…

Первые лица
Чу Гевара. Покушение на Чубайса, или Зачем из полковника ГРУ лепят народного героя

Суд да дело
Фабриканты со звездочками. Комментарий Леонида Невзлина о «деле «ЮКОСа»

Заканчивается процесс по делу о выставке «Осторожно, религия!»

Власть
Зачем им столько власти? Даже нефть бьет Фонтанкой

Власть и деньги
Социолог Владимир Римский: Дать взятку проще, чем следовать букве закона

Власть и люди
Милиция московской подземки получит стеклянные домики

Уже полгода силовики держат в страхе Тверскую область

Митинги.Ру
Вместо того чтобы успокоить пенсионеров, пермский ОМОН их избил

Ковровое письмометание

Плата за жульё
Если наехал бульдозер… Чтобы отстоять свои дома, нам пригодится опыт сержанта Павлова

Специальный репортаж
Новый русский. Антошка Нечаев появился в деревне Жвалово вопреки реформе здравоохранения

Краiна Мрiй
Один плюс один. Украинский телеканал сделал встречу Путина с Березовским возможной

Встреча Ющенко с российскими олигархами — жест отчаяния?

Ющенко тесно в кресле Кучмы

Регионы
Украинцы «погубили» саратовский завод

Экономика
Результаты исследований ООН и Всемирного банка: Россию посчитали за Тобаго

Финансы
Финансовые институты по-прежнему опасаются рисков

Навстречу выборам
Выборы в Воронежской области: «Единая Россия» — против всех

После выборов
Вятский губернатор не спешит сниматься на билет партии власти

Гудков подает сигнал. Вместе с ним из «Единой России» уйдут 19 депутатов

Новейшая история
Пятнадцать лет назад в России прошли первые свободные выборы

Исторический факт
65 лет трагедии в Катыни. Уголовное дело прекращено

Армия
ЧП на российско-эстонской границе

Мир и мы
Как себя чувствует «русская мафия» в Лондоне?

Четвертая власть
Алексей Венедиктов: Я не увольняю за несогласие с редакционной политикой

Точка зрения
«На донышке». Алла Боссарт о судьбах интеллигенции

Интернет
«Cultu.ru» — до самых до окраин. Столичный театр и провинциальный зритель встречаются в Сети

Отдельный разговор
Дети Розенталя в лучах софистов. Отрывок из либретто Владимира Сорокина, которое не читали, но обсуждают

Библиотека
Россия — в центре внимания Парижского книжного салона

Страна Геннадия Русакова по имени Татьяна

Под сенью девушки с веслом…

Пригласительный билет
Программа 6-го Всемирного Дня поэзии

Кинобудка
У нынешних «Ликов…» — лицо Алена Делона

Алексей Сидоров и его бой с тенью «Бригады»

Кинофильм «Ночной дозор» чуть не выгнали с фестиваля

Спорт
Прыжок через китайскую стену

У России дефицит «бронзы»

Почему главного тренера сборной Украины вынудили подать в отставку…

Наши даты
Александр Паникин. 19 марта ему исполнилось бы 55 лет

 

АРХИВ ЗА 2005 ГОД
97
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2005 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100