ИЗМЕННИКИ К ЛУЧШЕМУ
Новая формулировка
закона о монетизации льгот: «Закон об изменении
этого мира на лучший»
СТЕПАН: Здравствуйте,
уважаемые газеточитатели!
ХРЮН: Здорово, ребята!
СТЕПАН: Поскольку сейчас
все говорят о революции, предлагаю тоже
поговорить о революции. Чтобы идти, так сказать, в
ногу со временем.
ХРЮН: Степа, иди на фиг со
своим временем! А я никуда не пойду. Тем более в
ногу!
СТЕПАН: Правильно,
Хрюнчик! Вот поэтому самое время поговорить о
революции. Как в старые времена: на кухне, под
водочку, чтобы никто не слышал…
ХРЮН: Ну ладно, уболтал!
Наливай!
СТЕПАН: Итак, замглавы
президентской администрации господин Сурков
(мне в трамвае рассказывали) встречался с
рокерами, чтобы они не поддерживали революцию,
если она случится, и тем самым не разваливали
страну.
ХРЮН: Брехня! Наша страна
от звука трех аккордов не развалится.
СТЕПАН: Нет, не брехня. Это
я про встречу, конечно. Власть пообещала помочь
рокерам, а их попросила «хотя бы не вмешиваться».
ХРЮН: А можно наоборот? Мы
сами себе поможем, а не вмешиваться будут они.
СТЕПАН: Слушай, Хрюнчик!
Чем власть может помочь рокерам?
ХРЮН: Ну не знаю… Струн
импортных подогнать, жгут резиновый зубами
подержать, пока «баян» заправляется… Там, я
слышал, даже Борис Гребенщиков был!
ХРЮН: Опаньки! (Напевает.)
Тебя там встретит пламенный Сурков, а с ним
Фрадков, исполненный бабла… Слушай, а наш
золотой орел небесный был? Ну чей так светел взор
незабываемый…
СТЕПАН: Хрюн, я же
серьезно?! Революции в странах СНГ, мягко говоря,
насторожили Кремль.
ХРЮН: И настал день
Суркова. Раз в году он вылезает из Кремля на
встречу с рокерами. Если увидит оранжевую тень,
то быть зиме до 2008 года.
СТЕПАН: В общем, как бы там
ни было, но в странах СНГ…
ХРЮН: А что нам эти страны
СНГ? Все, что нас связывает, это мы им — дешевую
нефть и электричество, а они нам за это —
видимость хороших отношений.
СТЕПАН: Вот и получается
такая программа: «нефть в обмен на удовольствие».
Но это же неправильно! Выходит, что Россия — в
кольце врагов?
ХРЮН: Не-не-не. Это власть
— в кольце врагов. То есть нас.
СТЕПАН: Слушай, ты не
патриот России! Ты подрываешь основы
государственности!
ХРЮН: Эй, тпру! Я не патриот
нынешних основ государственности. И только.
СТЕПАН: Все-таки дыма без
огня не бывает. Вот и руководитель президентской
администрации господин Медведев сказал, что все
эти оранжевые революции — происки Запада, что
России грозит развал, и призвал к консолидации
общества!
ХРЮН: Свежая идейка, ха-ха!
СТЕПАН: Да уж… Получается,
что разработка золотых приисков и западных
происков — монополия государства.
ХРЮН: Мощно задвинул,
внушает!
СТЕПАН: И тем не менее!
Давай посмотрим, что реально делают структуры
власти для консолидации?
ХРЮН: Реально пока в нашей
стране консолидирован исключительно
кремлевский бздеж.
СТЕПАН: Но не все сидят без
дела. Вон Жириновский и Савельев опять подрались.
ХРЮН: Правильно! Грызлов
же сказал, что парламент — не место для
дискуссий.
СТЕПАН: А Жириновский
сказал: «Я не плевался, потому как слюны не было».
ХРЮН: Тогда и по лицу его
никто не бил. Лицо у него раньше, чем слюна,
потерялось.
СТЕПАН: Ой, Хрюн, а если бы
мы реально удвоили ВВП, угрозы распада страны бы
не существовало.
ХРЮН: Это ты к чему?
СТЕПАН: К тому, что мы,
боюсь, также ликвидируем угрозу распада, как уже
удвоили ВВП.
ХРЮН: А я тебе скажу
больше: если бы мы смогли наладить нормальную
жизнь, то не было бы и угрозы удвоения ВВП. Ладно,
с Думой все понятно. А что делает правительство
для недопущения развала России?
СТЕПАН: Очень много.
Теперь реформаторы — вчерашний день. На сцену
истории выходят улучшаторы!
ХРЮН: Как это?
СТЕПАН: Слово «реформы»
себя изжило, после того как демократов стали
называть «дерьмократами», а либералов —
«либерастами». В цене сегодня — патриози.
ХРЮН: Так это же класс! У
Сергея Иванова просто гора с плеч упала — не надо
больше реформу армии проводить. А то он, бедолага,
уже несколько раз докладывал, что она
закончилась, а ему никто не верил!
СТЕПАН: Согласен, что это
очень удобно. Замена слова «реформа» словами
«изменение к лучшему» позволит не говорить:
«то-то и то-то завершено». Можно будет обойтись
добрыми старыми «продолжается дальнейшее
увеличение», «растет и ширится…» и «неуклонными
темпами».
ХРЮН: А закончится все
«после долгой и продолжительной…». Ха-ха!
СТЕПАН: Интересно, как в
новой трактовке звучала бы та многострадальная
реформа? «Закон об изменении к лучшему льгот
деньгами»?
ХРЮН: Проще: «Закон об
изменении этого мира на лучший».
СТЕПАН: Но ведь лучшее —
враг хорошего?
ХРЮН: Молодца! Уже и врага
нашел!
СТЕПАН: А чего его искать?
По новой идеологии все оппозиционеры — враги
государства. Ты понимаешь, что это значит?! Что
вполне возможен суд над инакомыслящими! Но
сейчас другие времена!
ХРЮН: Конечно. Будет суд
над инакохозяйствующими.
СТЕПАН: Стыдно!
ХРЮН: А ты думаешь, судьям
не стыдно? Им жутко стыдно! Они что, не люди? Но
выбор небогатый. Лучше стоять в зале суда и
зачитывать приговор, чем его заслушивать.
СТЕПАН: Да уж… В общем,
много власти делают для консолидации общества.
Уже мало осталось таких, которым эта власть
нравится!
ХРЮН: А вообще откуда
угроза распада России?
СТЕПАН: Из-за подхода к
проблеме: если заигрывать с фашизмом, на каком-то
этапе придется отдаться. Поэтому прав господин
Медведев, сказавший, что развал СССР покажется
всем детским утренником по сравнению с развалом
России.
"Новая газета"
№ 26
11.04.2005
|
