NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

НЕФТЬЮ ЗАПРАВЛЯЮТ ЛЕНТЯИ
Чем больше дармовых доходов, тем ниже профессионализм госслужащих
       
Действующая модель российской экономики. (Фото — Сергей Кузнецов)
     
       
Цены на нефть бьют рекорд за рекордом. Только с начала текущего года они выросли на 27%, а за последние 52 недели — более чем в полтора раза. Экономисты выступают со все более смелыми оценками перспектив развития ситуации. И хотя пока от слова «кризис» большинство из них воздерживаются, повышение в прошлую пятницу одним из самых авторитетных инвестиционных банков, Goldman Sachs, верхнего предела диапазона нефтяных цен до 105 долл. за баррель никто не принял за первоапрельскую шутку.
       Даже известный британский журнал The Economist, с 2000 года пророчивший скорое падение цен на нефть, с ноября прошлого года занял явно выжидательную позицию. Все говорит о том, что у цен на «черное золото» сегодня остался только один путь — вверх. В такой ситуации возникают два вопроса: во-первых, насколько спекулятивен этот рост цен; и, во-вторых, таит ли их повышение серьезную угрозу развитию мировой экономики? Попытаемся последовательно ответить на каждый из них.
       
Владислав Иноземцев, автор       На спекуляцию не похоже
       Начнем с наиболее простого: является ли рост цен на нефть спекулятивным или же он задается устойчивыми хозяйственными трендами? Когда повышение котировок так стремительно, как в последние месяцы, гипотеза о перегреве рынка выглядит убедительно. И не нужно будет удивляться, если в краткосрочной перспективе цены несколько понизятся. Однако вряд ли значительно. И почти наверняка ненадолго.
       Сегодняшний рост цен на нефть обусловлен как минимум тремя фундаментальными факторами, ни один из которых не потеряет своего значения в ближайшие годы.
       Во-первых, это заметный рост глобального потребления нефти (в среднем на 3,4% в год за последние пять лет). Наиболее серьезными игроками на этом рынке выступают США и страны Азии, прежде всего Китай. Они задают тон не только нынешними масштабами использования нефти (20,3 млн баррелей в день в США и 6,1 млн баррелей в день в Китае), но, что гораздо более существенно, уверенным ростом ее потребления (по расчетам экспертов, к 2010 году США будет ежедневно требоваться 23 млн баррелей, а Китаю — не менее 9,5 млн.) В Соединенных Штатах этот рост провоцируется излишним использованием топлива конечными потребителями (если в 1996 году на долю джипов и мелких грузовиков в США приходился 41% всех продаваемых новых автомобилей, то в 2003-м — уже 54%), и их привычки не склонны меняться. Кстати, по расчетам экспертов, одно лишь снижение уровня потребления бензина американскими автомобилями до европейского уровня позволило бы Америке отказаться от импорта нефти из региона Персидского залива. В Китае резкий рост потребления нефти вызван высокими темпами развития промышленности, ежегодно увеличивающей спрос на «черное золото» на 13—15%. Даже при стабильном уровне потребления в Японии и странах ЕС глобальный спрос на нефть к 2010 году вырастет на 10—12 млн баррелей в день, что составляет около 40% ее нынешней добычи странами — членами ОПЕК. Таков первый, и важнейший, фактор роста нефтяных цен.
       Во-вторых, очевидно, что сегодня рынок нефти серьезно отличается от того, каким он был, например, в 70-е годы. Даже принимая во внимание очередное заявление ОПЕК о повышении квот добычи (уже до 28 млн баррелей) в день, не входящие в картель государства поставляют на рынок почти вдвое больше — 55,5—56,0 млн баррелей. В наши дни нефть — не монопольный товар; производители и рады были бы воспользоваться конъюнктурой, но возможности наращивания масштабов добычи весьма ограничены. Так, например, Саудовская Аравия не может увеличить их уже более 20 лет, а из двадцати стран — членов ОПЕК только четыре превысили уровень добычи 1982 (!) года. Заметим: в 90-е годы по всему миру нефтяной сектор пережил острый кризис, вызванный устойчивым снижением цен (составившим за 1990—1998 годы почти 3,8 раза в сопоставимых ценах). Как следствие только в 1997—1999 годах в разных странах из-за низких цен на сырье были закрыты или законсервированы около миллиона (!) нефтяных скважин (из них более 136 тысяч — в США). Поэтому, в отличие от 1973—1974 или 1980—1981 годов, рост цен подстегивается не искусственным ограничением предложения сырья, а объективной невозможностью его существенного роста.
       В-третьих, что также весьма существенно, нефть сегодня — пусть это звучит парадоксально — не так уж и дорога. В 2004 году США импортировали 3,94 млрд баррелей нефти (55% всей потребленной в масштабе страны). Среднегодовой уровень цен на торгующуюся в Нью-Йорке нефть марки WTI составил 39 долл. за баррель (что на 58% выше среднего уровня 2003 года). Таким образом, дополнительная нагрузка на американскую экономику составила не более 56,4 млрд. долл. В то же время только за 2004 год внешнеторговый дефицит Соединенных Штатов вырос с 496,5 до 617,0 млрд долл., а это значит: Америка потратила на закупки подорожавшей нефти менее половины напечатанных ею необеспеченных долларов. Более того, сумма в 56,4 млрд долл. — это лишь 0,52% ВВП Соединенных Штатов (прирост которого в 2004 году составил, кстати, 3,9%). И перераспределение крупицы американского богатства в пользу нефтедобывающих стран не критично для экономики США.
       В Европе, где цены на топливо почти втрое выше, чем в Америке, от 48 до 59% цены на бензин составляют акцизы, взимаемые в пользу государства. Европейцы уже готовятся к тому, что для недопущения дальнейшего роста цен их придется снизить: отчасти именно этим вызваны согласованные в конце марта корректировки предельно допустимых показателей бюджетного дефицита стран, входящих в зону евро. Так или иначе ситуация драматически отличается от сложившейся в 1973—1974 годах, когда повышение цен на нефть обошлось Соединенным Штатам почти в 2,9% их ВВП.
       
       Страхи потребителей
       Значит ли все это, что серьезных потрясений на рынке ожидать не приходится? На наш взгляд, их нельзя исключать, но они скорее будут спровоцированы общей слабостью живущей в долг экономики США, чем ростом нефтяных цен, хотя и между этими моментами существует связь. На протяжении последних четырех лет доллар потерял более трети своей стоимости по отношению к евро и иене, и это послужило причиной для рассуждений о возможности перехода на котировки нефти в евро. Между тем сегодня объем трансакций на мировом нефтяном рынке (не считая расчетов по фьючерсам) превышает 800 млрд долл. в год. По сути, это самый большой долларовый рынок в мире, и пока он существует, за эмитируемые американским казначейством зеленые бумажки можно купить товар, нужный практически в любой ситуации. Если доллар перестанет быть средством расчетов на этом рынке, он утратит свою привлекательность, а США — возможность бесконечно финансировать растущее отрицательное сальдо торгового баланса. Это, в свою очередь, вызовет отток инвестиций из Америки, сокращение спроса и как следствие — мировой экономический кризис. Однако, повторим еще раз, причиной тому станет отнюдь не уровень, а всего лишь единица измерения нефтяных цен.
       Именно поэтому резкий и малопредсказуемый рост цен на нефть опасен для западных экономик, и прежде всего — для американской. В то же время вполне вероятно, что, как и в 70-е годы, их повышение подтолкнет развитие технологий, принявшее в 90-е годы крайне однобокий характер. Если с 1973 по 1990 год энергоемкость 1 долл. сократилась в Японии на 39%, в странах ЕС-15 — на 31%, а в США — на 17%, то между 1990 и 2004 годами ее снижение в Европе не превысило 7%, а в США такового и вовсе не отмечалось. Появление новых компьютерных и коммуникационных технологий практически никак не отразилось, например, на автомобильной промышленности (а на нужды транспорта приходится 94,5% всей потребляемой Америкой нефти). Серьезные работы по использованию, например, солнечной энергии в США не велись с 1982 года, когда президент Р. Рейган отдал приказ демонтировать солнечные батареи, установленные на крыше Белого дома его предшественником Дж. Картером. Учитывая, что практически все значимые фигуры в администрации Дж. Буша в тот или иной период деятельности были вовлечены в нефтяной бизнес, понятна незаинтересованность и нынешней администрации в инициировании разработки ресурсосберегающих технологий. Видимо, для нового толчка нужны гораздо более высокие, нежели сегодня, цены на нефть. Таким образом, при общем негативном влиянии на текущую хозяйственную конъюнктуру их рост может обернуться явным оздоровлением западных экономик в более отдаленной перспективе.
       
       Горе от богатства
       Однако рост нефтяных цен создает серьезные проблемы не только для импортеров, но и для экспортеров этого сырья. На протяжении последних сорока лет экономическая статистика четко свидетельствует: страны, обладающие богатыми природными ресурсами, все более и более отстают в своем развитии. Причина банально проста: чем больше у правительства возможностей положиться на богатства своих недр, тем меньше у него желания развивать таланты своего народа; чем больше у него дармовых доходов, тем ниже профессионализм госслужащих, масштабнее коррупция, более развиты местничество и кумовство. И совсем неслучайно, что экономические «чудеса» последней трети ХХ века произошли в странах, практически лишенных ресурсной базы. Зато ни одна чрезмерно богатая природными ресурсами страна не построила ни процветающей индустриальной экономики, ни демократического гражданского общества. Исключений из данного правила, что печально, пока не отмечено.
       С середины 70-х годов в целом ряде стран — в первую очередь в Саудовской Аравии и Советском Союзе — начали складываться паразитические экономики, характерными чертами которых выступают замедление технологического прогресса и неумолимое нарастание либо имущественного расслоения, либо социальной отчужденности.
       Снижение нефтяных цен с 39 до 12 долл. за баррель в 1983—1988 годах предопределило крах советской экономики, чьи ежегодные доходы от экспорта нефти только за 1985 — 1988 годы сократились почти вдвое — с 23,1 до 12,7 млрд долл. Ей не помог даже своего рода дефибриллятор в виде трехкратного роста цен в период войны в Персидском заливе в 1990 — 1991 годах. В 90-е годы экономический спад в России высвободил значительный объем нефти для экспорта, что, однако, не разрешило, а только усугубило инвестиционный кризис. Единственный период роста капиталовложений в технологичные секторы промышленности пришелся на время премьерства Евгения Примакова, совпавшее с самым «дном» нефтяных цен в 1998—1999 годах. Однако за годы деиндустриализации экономики были сколочены самые большие состояния в российской истории, в то время как уровень жизни большинства граждан поныне остается ниже того, каким он был в середине и во второй половине 80-х годов.
       Саудовская Аравия — еще более показательный пример того же процесса. В 1981 году среднедушевой показатель ВВП составлял 19,7 тыс. долл. — всего на 20% меньше, чем в Соединенных Штатах. Сегодня он снизился до 6,9 тыс. долл., а разрыв с США составил уже не 1/5, a 5 раз. На содержание королевской семьи и государственного аппарата (что фактически одно и то же) уходит до 8% ВВП. Еще 7,2% расходуется на военные программы и закупку вооружений. Коррупция становится нормой, а непрозрачность экономики — чуть ли не правилом. Достаточно сказать, что в 2002 году западные компании заплатили за купленную ими в Саудовской Аравии нефть 72 млрд долл., а саудовская статистика показала объем экспорта в 57 млрд. Разница — какие-то 15 млрд — попала в карманы членам королевской семьи и высшим чиновникам.
       В такой ситуации стремительный рост нефтяных цен окончательно снимает у правительств нефтедобывающих стран всякую головную боль об исполнении бюджета, росте производительности и обеспечении технологического прогресса. Примечательно, что за последние семь лет в США не зарегистрировано патентов, подателями заявок на которые были бы граждане или компании из стран Персидского залива. Видимо, скоро к этой группе присоединятся и государства, строящие у себя управляемую — увы, лишь ценами на «черное золото», — демократию. И именно нарастающий разрыв — экономический, социальный и интеллектуальный — между странами, вынужденными импортировать нефть, и теми, кому перепало сомнительное счастье быть ее поставщиками на мировой рынок, во многом определит линии конфликтов в мире XXI века, разделит его на «состоятельные» и «несостоявшиеся» государства. Только тогда, через несколько десятилетий, можно будет сказать, кому нынешний виток цен принес большие проблемы: потребителям нефти или же ее производителям.
       
       Владислав ИНОЗЕМЦЕВ,
       главный редактор журнала «Свободная мысль-ХХI»,
       специально для «Новой»
       
14.04.2005
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 27
14 апреля 2005 г.

Болевая точка
Елена Милашина. Кто и как принимал решения в Беслане

Протокол допроса президента Республики Северная Осетия (Алания) А. С. Дзасохова

Протокол допроса бывшего начальника УФСБ РФ по РСО-А генерал-майора В. А. Андреева

Расследования
Завершено расследование «благовещенского дела»

Генеральная прокуратура потеряла жену Аяцкова

Суд да дело
Последнее слово приговоренного. Бывший глава крупнейшей нефтяной компании «ЮКОС» Михаил Ходорковский обратился к обществу

Вина России перед Тамарой Рохлиной доказана

Шаймиев доказал, что в Татарстане перед судом равны не все

Подробности
Прокуроры Южного округа перебираются в Ессентуки

Кто хочет победить Митьков?

Общество
Виртуальный митинг под памятником Церетели. Как закаляют Сталина – 2

Митинги.Ру
Учебная тревога. В субъектах Федерации прошли студенческие манифестации

Новости компаний
Народ почту не отдаст!

Почтальонов послали по старому адресу

Финансы
Бывший зампред Центробанка РФ Сергей Алексашенко — о том, что такое курс рубля и стоит ли каждый раз переживать, когда он растет или падает

Экономика
Нефтью заправляют лентяи. Чем больше дармовых доходов, тем ниже профессионализм госслужащих

Мир и мы
Российский экономический форум в Лондоне: их пресса и наши чиновники пришли к согласию — в один голос критикуют Россию

Четвертая власть
«Московские новости» хотят получить на себя права

Отделение связи
Игорь Яковенко — главному редактору «Новой газеты»

Навстречу выборам
Борис Вишневский: Введение электронной системы подсчета голосов сделает невозможным общественный контроль за выборами

Первые лица
Михаил Горбачев: История продолжается без меня, но со мной. Часть II

Исторический факт
Окопная правда 60 лет спустя. Как началось наступление на столицу Третьего рейха

Инострания
Дина Рубина — о жизни простой немецкой графини в родовом замке под охраной ЮНЕСКО

Телеревизор
Новый гендиректор MTV-Россия Леонид Юргелас: Честно говоря, ничего особенного в современной музыке не появляется

Кинобудка
Лариса Малюкова. Прогулка по Москве с Иштваном Сабо, режиссером «Мефисто», «Полковника Редля», «Хануссена»…

Театральный бинокль
Лауреаты-дебютанты «Маски» — «Саха-театр» и «Кукольный формат»

«Золотая маска»-2005. Итоги фестиваля

Культурный слой
Из бревен и опилок саратовский филолог Игорь Сорокин восстановил Дом-музей художника Павла Кузнецова

Спорт
Ерема из «Динамо». Виталия Еремеева в плей-офф не смог пробить даже Яромир Ягр

Регионы
Кражи металла в провинции становятся всё экзотичнее

АРХИВ ЗА 2005 ГОД
97
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2005 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100