NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

ГОРЬКИЕ РАДОСТИ ВЕНЫ
С Владимиром Юрзиновым — о музыкальных аспектах хоккея и о многом другом
       
(Фото — ИТАР-ТАСС)       
– Какие прогулки, Володя! — тактичнейший Владимир Владимирович почти всерьез возмутился. — Чемпионат в разгаре, работы по горло, а мы тут с вами видами Вены любоваться… Выбрали компромиссный вариант — начнем в «Штадтхалле», а дальше, как получится.
       Когда-то я назвал Владимира Юрзинова-старшего «великим тренером без своей эпохи». В самом деле, все ждали, что именно он подхватит победную тихоновскую эстафету и в клубе, и в сборной, однако никто не виноват, что рухнувшая страна похоронила под собой и тот хоккей.
       Юрзинов, добившись всего с динамовским клубом на родине, «поставил голос» финскому хоккею, многое сделал для хоккея швейцарского, успев в качестве главного тренера сборной России взять олимпийское «серебро» Нагано-98. Продолжение работы со сборной, однако, оказалось не столь удачным, и Владимир Владимирович с себя эту обязанность снял — не отказываясь при этом помогать сборной в любом качестве.
       Сейчас он сидел на трибуне и наблюдал за тренировкой сборной России сверху (на льду есть кому заниматься — это дело Владимира Крикунова и Бориса Михайлова). На двух больших табло без звука транслировали моцартовского «Дон Жуана» (запись спектакля Венской оперы). Ощущение было совершенно сюрреалистическое, но никому это не мешало.
       
       Прекрасное и ужасное
       — У меня с Веной как с городом связаны самые прекрасные воспоминания. С хоккеем — все наоборот. Первый серьезный приезд был как раз на ЧМ-77 в качестве помощника Бориса Кулагина и Константина Локтева. Кулагин решил, что хватит мне за границей сидеть, и пригласил в сборную. Мы отлично провели весь турнир, но в решающем матче уступили шведам — в итоге взяли только «бронзу». Через десять лет снова в главном матче (опять со шведами!) вели 2:1, забитый ими гол за минуту до сирены помню до сих пор, и — «серебро». В 96-м — две драмы подряд: в полуфинале с канадцами, когда вели 2:0 и уступили по буллитам, и с американцами, когда вели 3:0 и проиграли в овертайме. Вот такая у меня Вена.
       — Но вы же могли оказаться здесь в составе сборной еще в 67-м?
       — Мог и до последнего момента был в числе кандидатов. Но у меня тогда еще продолжалась черная полоса, которая началась с 1964 года, когда не попал на Олимпийские игры (кстати, в австрийском Инсбруке!) из-за аппендицита и твердым игроком основного состава перестал быть. Конкуренция была сумасшедшая. Помню, играли мы перед Веной контрольный матч — первая сборная против второй, так Чернышеву и Тарасову трех периодов не хватило, чтобы определиться с кандидатами.
       — В наши времена подобного и не представишь…
       — Не хотел бы подобных сравнений, даже когда они напрашиваются. Сборная начинала обновляться, Александр Якушев, например, впервые вошел в состав. А я остался и на чемпионатах мира больше не выступал. И ровно через двадцать лет после той несостоявшейся Вены потерял работу в сборной.
       — В 77-м, значит, не потеряли?
       — Нет, тогда от работы отстранили Бориса Кулагина и Константина Локтева, а меня как молодого оставили — набирайся, мол, опыта. Через десять лет пришла пора моей голове лечь на плаху: Виктора Тихонова, с которым мы десять чемпионатов мира вместе работали, оставили, а меня сочли виновным в провале — то есть в серебряных медалях. Очень уж хотелось кому-то разбить наш тренерский дуэт…
       — Получается, что Вена для вас — «проклятое место»?
       — Нет, это не так. Город просто замечательный. Не в нем дело.
       Несмотря на свое имперское прошлое и непростую историю, это город с легким характером. Я бы сказал — радостным.
       — Характер города вам близок?
       — Очень. Мечтаю приехать сюда на недельку с женой — просто походить по театрам и музеям. Можно сказать, что подробно не знаком…
       — Столько раз здесь побывав?
       — Быть — не значит видеть. Чемпионат мира — это работа, причем тяжелая. И для тренера, и для игрока. Хорошо, если рядом с чем-то запоминающимся живешь.
       — Но Шенбрунн-то хорошо изучили?
       — Мы жили, и не один раз, практически в его черте. Зарядки, пробежки, прогулки — все на этом сказочном фоне.
       — На мой первый поверхностный взгляд, этот самый знаменитый венский дворцово-парковый ансамбль в его регулярной части скучен, как бывает скучен современный хоккей…
       — Если вы там уже были, то прекрасно понимаете, что Шенбрунн разный. Есть просто прекрасный парк, очень ухоженный, но в то же время естественный.
       — А я вот продолжаю искать аналогии с тем хоккеем, который мы видим на этом чемпионате. Как соединить «регулярность» с естественностью, прагматизм с полетом, обученность с сохранением индивидуальности?
       — Вопросы для диссертации, и не одной. Хоккей, конечно, очень изменился. Он становится все менее зрелищным и все более прагматичным — это верно. Когда результат определяет все, а современные методики общедоступны, команды становятся похожи друг на друга. Но играют в хоккей живые люди с разным уровнем подготовки, разной мотивацией. «Регулярность», то есть подготовка, классика, то, чему обучен игрок с детства, — это основа. Она не помешает проявиться ярко выраженным индивидуальным качествам…
       — И как с этим у игроков нашей нынешней сборной?
       — Не очень корректно было бы с моей стороны по ходу чемпионата раздавать оценки направо и налево — я же внутри ситуации. Команда очень своеобразная, с этой командой интересно, а ответы на многие вопросы даст итоговый результат.
       Что касается российского хоккея в целом, то как раз с «регулярностью» дела наши давно обстоят неважно. И не только с этим. «Парк» наш сейчас, можно сказать, выглядит изрядно запущенным. При том, что появляются такие звездочки, как, допустим, те же Саша Овечкин и Женя Малкин. Правда, для того чтобы стать звездами настоящими, им еще работать и работать.
       — Под вашим началом в рижском «Динамо» долгое время играл нынешний главный тренер сборной Владимир Крикунов. Каким он был защитником и как вам с ним работается сейчас?
       — Защитником он был быстрым, цепким, по характеру — несгибаемым, с очень мощным волевым началом. Прозвище Мужик, которое появилось у него еще в молодые годы, просто так не дают. Задатки тренерские были видны, и команды, которые он тренировал, сильным, волевым качеством, несомненно, обладали. Это могу сказать и про нынешнюю сборную, хотя работать с ней ему пришлось с листа. Контакт — вполне нормальный. Я не раз уже говорил, что в сборной, если позволяет ситуация, готов работать всегда — независимо от должности.
       — Как бы вы коротко определили вашу профессию?
       — Тренер — это большие уши и маленький рот, как говаривал один мой старинный приятель. Учись, расти, не останавливайся.
       — А где вам, учитывая большой опыт работы за границей, жилось комфортнее?
       — Нет ничего лучше старых московских дворов в районе стадиона «Динамо», где я вырос. Но той Москвы уже нет. Если брать последние годы и все в целом, то больше привязан к Финляндии.
       — А здесь, в Австрии, могли бы работать?
       — Почему нет? Западный способ жизни предполагает любить себя — они все себя действительно очень любят, и это замечательно. Походите по улицам, посмотрите, приглядитесь. В моем возрасте это особенно остро чувствуешь.
       — А мы себя любим?
       — Не очень. Можно даже сказать, совсем не любим, как мне кажется.
       — Но все-таки вы наконец возвращаетесь…
       — Это есть предмет моих долгих раздумий и сомнений. Но я уже подписал контракт с «Локомотивом» и еду работать в Ярославль. Понимаю, что возвращаюсь в другую страну, где многое изменилось. Ничего наперед не загадываю. Но, надеюсь, мой опыт пригодится.
       — Владимир Владимирович, будут ли этот чемпионат отмечать красной строкой в хоккейной летописи и выведет ли он игру из относительного прозябания на какой-то иной уровень?
       — Концепции и тенденции улавливайте вы, наше дело — практическое. Состав участников действительно могучий, а как это использовать для дальнейшего раскручивания хоккея — не знаю. Мне кажется, мы еще многое на этом чемпионате увидим. И наши ребята статистами не будут — это я могу сказать точно.
       — А моцартовский хоккей кто-нибудь еще может показать — не только здесь, но и вообще?
       — Романтический, ажурный и блистательный хоккей может иметь право на существование, но романтики чемпионаты мира не выигрывают. Фрагменты полета однако же возможны и в наши прагматичные времена.
       
       Владимир МОЗГОВОЙ, наш спец. корр., Вена
     
       
КОГДА ВЕРСТАЛСЯ НОМЕР
       
Все равно молодцы
Так сказал комментатор полуфинала Россия — Канада, и мы с ним согласны
       
(Фото — EPA)
     
       
Разница между победой и поражением — она ведь не в счете на табло. Она — в эмоциях. Вот если после игры хочется напиться до самозабвения, чтобы утром думать о простых человеческих вещах, таких, как теща или текущий кран, то это поражение, даже если мы только что выиграли у команды Лимонии 21:1 и не прошли в следующий этап соревнования. А если хочется пойти и выпить с друзьями, подняв тосты за то, что «не все потеряно» и «наши играли», то это все равно победа. Даже если мы уступили канадцам 3:4 в полуфинале чемпионата мира по хоккею.
       Потому что в спорте в конечном итоге бьются не за голы-очки-секунды. Бьются за болельщиков. И этот чемпионат мира сборная России выиграла. Да, наши не стали героями, отыграли только три, а не четыре шайбы. На такое способны только великие. Зато ни в одном моменте игры россияне не показали, что не могут этого сделать. И, пожалуй, будь счет и крупнее, они играли бы так же. А мы так же болели бы за них.
       Мы возвращаемся из Вены со щитом. Но этот щит — оружие массового поражения. Симпатий болельщиков. И дай бог, чтобы он подольше оставался при нашей команде.
       
       Алексей ПОЛУХИН
       
16.05.2005
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 34
16 мая 2005 г.

Суд да дело
Марина Филипповна Ходорковская. Мама в ожидании приговора сыну

Художник Павел Шевелев: Я вгонял прокурора в краски

Отделение связи
Почему Вы молчите, Борис Николаевич?

Обстоятельства
Конституционные судьи сделали своих коллег ещё более бесправными

Подробности
Прокуроры нашли жену Аяцкова в Москве

Провокация с доставкой на дом

Минус один народ

Мир и мы
Европа и Россия пока не дожили до медового месяца

Американские инвесторы свернули бизнес в России

Судьба российской дипломатии: делать заявления, от которых всё равно придется отказываться

Нам не нужна независимость от Грузии

Кавказский узел
Дзасохов и Зязиков запрещают оппозиционные митинги

Милосердие
Сереже Святкину нужны доноры!

Медицина
В России катастрофически не хватает препаратов от отравлений

Расследования
Удар по ядрам. Прокуратура США исполнила долг Генпрокуратуры России

Специальный репортаж
Летучие фракции. Когда дело не касается нефти, башкирские оппозиционеры куда-то испаряются

Навстречу выборам
Совет Федерации немножко поиграл в независимость

С введением нового закона о выборах Дума превратится в Верховный Совет

Борис Вишневский: Выбирайтесь к чёртовой матери

В преемники президента толкают нового питерца — Валерия Назарова

Власть
Чтобы окончательно закрепить депутата за партией, Путин предложил «императивный мандат»

Первые лица
21 мая — день рождения Андрея Дмитриевчиа Сахарова. Интервью с ним времен Съезда народных депутатов комментирует Михаил Сергеевич Горбачёв

Плата за жульё
Возвращаясь к напечатанному…

Московский наблюдатель
Столичный Комитет по туризму превращает бюджетные деньги в пыль и пускает её в глаза

Краiна Мрiй
Оранжевая пасха. На майские праздники киевляне святили пасхальные апельсины

Регионы
В Воронеже опять поймали организаторов взрывов

Чем закончилась осада мемориала в Калининграде

Технологии
Первый легальный миллионер Артём Тарасов: Я знаю, сколько могут зарабатывать российские ученые

Наши даты
Академик Никольский отметил вековой юбилей

Песни Башлачёва сейчас звучат как сверхновый завет

Библиотека
Владимир Авдевичев. «Майор Темляков». Рассказ

Вышла книжка Бориса Бронштейна

Вышла книга Николая Мамулашвили

Страна-пленница Александра Ревича

Отдельный разговор
Музей кино — живой. Поэтому и хотят отделить его душу от его тела?

Виктор Матизен: Страна, которая претендует на звание культурной, не может позволить себе такого

Александр Митта: Меня изумляло отсутствие коллег

Карен Шахназаров: СК должен отстаивать культуру, а не коммерцию

В архивах Музея кино теперь есть и переписка Михалкова

Киноманов сменят дроздофилы?

«Друзья Музея кино» ищут единомышленников

Кинобудка
Канны. Пир до последней звезды

Культурный слой
Восстановлены ценности Третьего рейха

Сектор глаза
Есть выставки, которые следует повторять

Музыкальная жизнь
Победа против террора

Спорт
Владимир Юрзинов — о музыкальных аспектах хоккея и о многом другом

АРХИВ ЗА 2005 ГОД
97
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2005 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100