NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

ШАПРОНОМ ПРОКАТИ
Эксклюзивное интервью с каннским отборщиком. Для него снимают Герман, Сокуров и Хржановский
       
       
Российское кино, как двуликий Янус, привыкло, притерпелось к двум полярным образам-маскам: домашняя (для своих, российских зрителей) и гостевая (чтоб в люди выйти, себя показать, в Европу, на фестивали, иностранцам чтоб понравилось). Синдром раздвоения личности год от года обостряется. Теперь молодой кинематографист должен строго определиться: ты с кем, товарищ? Хочешь бокс-офис, держись ближе к Первому. Войти в арттусовку? Выверяй компас по маршрутам, проложенным Тарковским, Сокуровым, Муратовой. О своем, личном «даже не думай», иначе твою первую картину не заметят ни дома, ни в гостях. А там — пиши пропало. Раньше роли режиссеров были строго расписаны: одни — любимцы западных фестивалей, другие (такие как Рязанов, Данелия, Митта) — радетели кино народного. Но вот на последних Каннах на месте российского кино зияла черная дыра. Но свято место… И в образе многострадальной Родины выступила Украина.
Жоэль Шапрон. (Фото — Nepszabadsag Rt.)       О мытарствах и перипетиях русского арт-хауза, об игнорировании западными фестивальными селекционерами нашего мейнстрима, о долгосрочном заказе на маргинальное русское кино беседуем с отборщиком Каннского фестиваля Жоэлем ШАПРОНОМ, посетившим «Кинотавр».
       
       — Существуют ли на Западе сформулированные ожидания российского кино? У меня складывается ощущение, что есть какие-то неписаные правила: фильмы какого рода, стиля, жанра, настроения отбираются на фестивали. У ряда моих соотечественников копится обида: выбирают чаще картины, в которых Россия представлена убогой, спивающейся, нищей (все это имеет место, но дело в пропорциях представленного на экране). В общем, актуальна лишь эстетика безобразного, как в фильмах Лидии Бобровой, Ильи Хржановского.
       — Давайте начнем с ожиданий, как вы говорите, заказа. Не думаю, что эти ожидания существуют. Когда вы являетесь директором фестиваля, отборщиком или даже прокатчиком, вы уже напитаны, насмотрены многими картинами какой-то кинематографии. Вы воспитывались, формировались, росли вместе с этими фильмами. Вы должны понять, что десятилетиями западные люди смотрели, развивались на авторском, диссидентском русском кино. Это здесь вы смотрели Данелию, Гайдая, Рязанова, а западный артзритель видел «Историю Аси Клячиной…», фильмы Тарковского, Параджанова, а в конце 80-х — Германа, Муратовой, Сокурова… Единственная картина, выпадающая из этой схемы, — «Очи черные» Никиты Михалкова, поскольку это копродукция с Мастроянни… В 87-м году картина вызвала резонанс. В остальном же — одно русло авторского кино, могу с вами согласиться, очень узкое. Конечно, оно не представляет того, что делалось в СССР и даже России. Но по привычке мы стали искать… Да нет, как это искать, мы не искали… Когда у тебя сложившийся образ в голове, ты просто двигаешься по этому пути. Я бы очень хотел как отборщик Каннского фестиваля сломать этот имидж, стереотип. Это не значит, что я бы не отбирал работы Звягинцева или Сокурова, поскольку они занимают свою нишу. Но раз я смотрю всю российскую продукцию, то знаю, что снимается много жанрового кино, о существовании которого за рубежом не подозревают. Но у вас сейчас действительно разнообразная кинематография. То есть этот разрыв реального и ожидаемого существует. И когда смотрю фильмы для фестиваля, я ищу только хорошие фильмы.
       — Мне кажется, вам уже и показывают какие-то узкоспециальные, фестивальные картины, предугадывая ваши симпатии, приоритеты.
       — Даже говорили: это «кино для Жоэля», кажется, Разлогов придумал формулировку, но я ничего специального для этого не делал. Неправда, что, если вы снимете кино, как Герман, оно непременно отправится в Канны. Я вижу много картин, сделанных «по образу и подобию», но они вторичны и тем самым неинтересны. Наоборот, сегодня я как раз пытаюсь расширить рамки имиджа русского кино. Это сложно. Для того чтобы на западных экранах появились жанровые русские фильмы, надо пробить стену непонимания, конкуренции, ожиданий. С этой проблемой связан выпуск «Ночного дозора» во Франции. Не буду говорить о качестве фильма, это отдельная тема. Но ситуация похожа на выход «Маленькой Веры». Нравится картина или нет — в истории советского кино и истории взаимоотношений советского кино с западным зрителем есть «до» и «после» «Маленькой Веры».
       — Картина пользовалась у вас успехом?
       — Не скажу, что был везде аншлаг, но она прозвучала, запомнилась, на нее обратили внимание. И снимать после нее стали по-другому. Вот и премьера «Ночного дозора» может оказаться этапом в развитии российского проката внутри страны, стать новой вехой в диалоге российского кино и западного зрителя. Я рассчитываю на успех картины. Будет успех одной картины, потом другой. Зритель привыкнет ходить в кино на «русский фильм». Премьера состоится 28 сентября, во Франции выйдет 250 кинокопий, такого количества не было вообще в истории французского кино. Это настоящий блокбастер.
       — То есть у компании Люка Бессона появятся реальные конкуренты?
       — Не только Бессон снимает во Франции блокбастеры. В такие фильмы необходимо вкладывать большие деньги в рекламу. Поэтому рассчитываю, что помимо зрителей, которые ходят на Сокурова и Звягинцева, придет и другая аудитория.
       — Вам есть с чем сравнивать: у русского мейнстрима есть шансы на успех у западного зрителя?
       — Для кинематографии важно иметь мейнстрим, иначе она загоняет себя в тесное артхаузное гетто. Ведь и мы постарались сделать французское кино ближе российскому зрителю. На каком французском кино вы росли? На комедийном, детективном: Делон, Бельмондо…
       — Не забудьте о «Фантомасе» и Луи де Фюнесе.
       — Именно так. Вы не смотрели наши социальные картины, политические фильмы, психодрамы. А они существовали — был опять же узкий ручеек кино, который пробивался на ваши экраны. Сейчас благодаря средствам, вложенным в рекламу нашего кино в России, и усилиям прокатчиков можно посмотреть практически все самое интересное, созданное во Франции, все жанры от «Такси-3» до «Кожи ангела». Мы уже сломали представление о французском кино как легкомысленном. И сейчас есть возможность изменить образ кино российского.
       — Но в формировании этого образа косвенно виноваты вы, точнее, стремление российских партнеров предугадать ваш выбор. Впрочем, дело не только в отборе. Многие студии уже и снимать начали «по заказу Шапрона».
       — Надеюсь, что сейчас ситуация в корне изменится.
       — А изменится ли желание делать фильмы «для своих» или для заграницы? Вот вы назвали «Очи черные». Картина, принятая на Западе как песня о просторах русской души, здесь была встречена с некоторым недоумением. Она смотрелась выставочным экземпляром made in Russia. Получивший приз в Венеции «Дом дураков» тоже был многими не воспринят здесь.
       — Может, вам лично не нравится «Дом дураков», но почему вы решили, что он был принят на Западе? Я-то считаю «Дом...» хорошей картиной, но она была провальной в прокате, и с успехом «Очей черных» ее сравнить нельзя.
       — Может быть, скоро закроется тема «заказа на русское кино»?
       — Это понятие «заказа» — внутренняя проблема. Может, ментальная. Уверяю вас, никому из французских режиссеров не придет в голову, что, если Венеция, Канны, «Оскар» отметят какую-то французскую картину, надо идти по ее стопам. Это ваша национальная черта. Наши режиссеры в первую очередь ориентируются на французских зрителей. Это их единственная цель. Только здесь доминирует идея: как нас будут воспринимать за рубежом? Если бы русские режиссеры занимались больше своим зрителем, старались его понять, предвидеть, что его волнует, — непременно стали бы интересны и за всеми возможными «границами». На Каннском фестивале русские журналисты меня атаковали: «Почему нет русского кино?». Я отвечал: «По той же причине, по которой нет и испанского кино». Канны заняты поиском хороших фильмов, откуда они — дело второстепенное, даже в каталоге мы больше не пишем, откуда фильм.
       — Границы в киномире сейчас стираются. Главное — имя режиссера. Большинство фильмов — копродукция…
       — Вот Вендерс, откуда его фильм? Все происходит в Америке. Деньги канадские, он — немец. Но знаете, ни один испанец не пристал ко мне: «Почему нет испанского кино?». Все изменилось — и мир, и вы. В 87-м было «Покаяние» в конкурсе. Сейчас бы вы сказали: «А, ну это же грузинская картина». В этом году в Каннах была и грузинская картина, и литовская. Русским это уже все равно. Русских фильмов нет, потому что, по мнению отборочной комиссии, не было достаточно яркой картины.
       — А проблема моды на страну, политический аспект? К примеру, Россия по всем приметам выпала из европейской моды, а Украина, наоборот, вошла. И маленький украинский фильм был отмечен по-царски.
       — Отборщик не имеет права обращать внимание на то, откуда картина. Я отвечаю только за качество. Надо прекратить говорить о кинематографиях, пора уже говорить о фильмах: «О, это хороший фильм, откуда он? Из России? Хорошо».
       
       Беседовала Лариса МАЛЮКОВА
       
16.06.2005
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 42
16 июня 2005 г.

Первые лица
Президент Северной Осетии Таймураз Мамсуров: Я найду ответы

Кавказский узел
12 июня Путин переназначил генерала Зязикова начальником Ингушетии

Дмитрий Козак сохранил президента Карачаево-Черкесии у власти

Мир и мы
Красный Крест хочет в чеченскую тюрьму, а его не пускают

Королевство Марокко отменило визы для россиян

Инострания
Абрамович в Англии раздражает всех, кто не болеет за «Челси»

Армия
Генералы закрывают военные кафедры вузов и по-прежнему делают ставку на всеобщую мобилизацию

Расследования
Методические рекомендации для блока внутренней разведки движения «Наши»

Митинги.Ру
Инструкция для чиновников по переносу времени и места митингов оппозиции

Власть
Съезд партии «Родина» прошел под присмотром администрации президента

Милосердие
Объединившись, знаменитые артисты и сопереживающие зрители спасли троих детей. И это только начало

Финансы
Сбербанк РФ и спикер Миронов решают «квартирный вопрос» россиян

Московский наблюдатель
Студенты с пользой отметили День России

Страна уголков
В Саратове студентов учат искусству колокольного звона

Регионы
Дети играют в кладбищенских вандалов

Инвентаризация «эстонских ценностей»

Небо на хлеб не намажешь…

Подробности
Бензин ушел по высшей категории сложности

«Макдоналдсу» ткнули поднос

Суд да дело
Суд оценил увечья Дениса Васильева

Четвертая власть
Березовский меняет руководство «Коммерсанта»

Наука
Так все-таки какая Академия наук нужна России?

Интернет
ЮНЕСКО построила в России интернет-музей

Кинобудка
Итоговое впечатление от XVI «Кинотавра» — разъединенность кинопрофессий

Эксклюзивное интервью с каннским отборщиком Жоэлем Шапроном

Театральный бинокль
На российской сцене падает спрос на мерзости жизни

Номера для самоубийц

Вольная тема
Александр Генис. Лето нашей свободы

Юрий Рост. Выбор Плотникова (СПБ)

Евгения Пищикова. Небольшое спасибо

Наши даты
Артемию Троицкому — 50 лет

АРХИВ ЗА 2005 ГОД
97
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2005 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100