NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

ЗАПОВЕДНАЯ ЗОНА ОСОБОГО РЕЖИМА
Прогулка с академиком и писателем Вячеславом Вс. Ивановым по Переделкину
       
...И все-таки Переделкино — это прежде всего Пастернак. (Фото — ИТАР-ТАСС)
      
       
Окончание. Начало в № 61
       
       Павленко, 4. Всеволод Иванов
       — Вашего отца Всеволода Иванова довольно жестко громили в печати и какое-то время упорно преследовали за «не нашу» идеологию. В частности, его друг и сосед по даче Фадеев.
       — Конечно, плохо, когда писателя преследуют. Но еще хуже, когда превозносят. Его повесть «Бронепоезд № 14-69» стала классикой, ее потом то запрещали, то заставляли переделывать. Никому и в голову не могло прийти, что у Всеволода Иванова есть вещи намного сложнее и интереснее знаменитого «Бронепоезда…» в поздних вымученных редакциях. Для большинства он так и остался автором одной повести.
       — Я слышала, он обладал какими-то чудесными способностями.
       — Когда такого человека видишь рядом с собой, то в это трудно поверить: он ведь, как все, принимал пищу, варил по утрам кофе. Все, что он рассказывал, звучало фантастически.
       В юности, как многие тогда, был увлечен практической йогой. Но некоторые вещи про отца мне до сих пор не понятны. Одна из них — его выступления в цирке. Сохранились афиши, где он выступал как знаменитый фокусник Бен Али Бей. Номер назывался протыкание себя шпагой. Отец так до конца и не раскрыл мне тайну этого трюка. А еще раньше какое-то время он жил в западносибирской деревушке при полной аскезе. Не ел мясной пищи, не знал женщин. Не мылся. Но ведь и Будда, уйдя из дома, несколько лет не мылся. По вечерам отец выходил из своей избушки и шел на опушку леса. Садился на пенек, и к нему приходили звери. Но еще важнее были для него отношения с растениями — он ощущал, как растут травы.
       — И как долго это длилось?
       — Несколько недель. Потом он влюбился в какую-то женщину, вся аскеза кончилась, и, когда он через несколько дней сел на свой пенек, никто из зверей к нему не пришел.
       — Ваш участок заканчивается неприлично высоким забором, который кто-то воздвиг, наплевав на традиции городка. Этот забор закрывает дом, в котором застрелился Фадеев.
       — Я через окно услышал выстрел, но не побежал. Отец и Федин побежали, именно они обнаружили тело и две предсмертные записки.
       
       Фадеев
       — Фадеев поселился здесь только в 38-м году, после ареста писателя Зарубина. Я его плохо помню — вроде такой сибирский мужик с бородой. Когда была встреча писателей с Горьким у Горького дома, он там сказал, что у них в Сибири есть идиоты, которые чрезмерно возносят Сталина. Говорил он это в присутствии самого Сталина.
       У Зарубина была дача с банькой и скотным двором — жаль, не успел пожить. Фадееву участок понравился, и он там поселился.
       Фадеев любил помериться силами. Это было модно. Считалось, что настоящий партиец должен быть сильным. Однажды во время встречи писателей-рапповцев (как Фадеев) и «попутчиков» (принимавших тогда советскую власть, как Пастернак) Фадеев предложил помериться силами Пастернаку. И Пастернак успешно его уложил, да так, что Фадеев расцарапал до крови руку о сломанный стул. Некоторые очень испугались, особенно Павленко. Тот, решив, что «наших» бьют, спрятался в уборной.
       Фадеев, будучи больным алкоголиком, периодически исчезал, да так, что даже КГБ не мог его найти. Когда Сталин в начале войны как своего любимца назначил Фадеева начальником в Совинформбюро, тот вдруг исчез. Его не могли найти недели две.
       Во время одного из исчезновений он оказался у Маргариты Алигер. У них родилась дочь…
       Я видел Фадеева не раз в его последние годы жизни. Он мучительно переживал отлучение от власти. Особенно после речи Хрущева на ХХ съезде, когда понял, что его звезда закатилась.
       Помню, месяца за полтора до самоубийства, в солнечный мартовский день, мы с родителями собрались на большую прогулку. Уже у ворот с нами поравнялся Фадеев. Мы вместе гуляли часа два, а потом он попросил остаться у нас еще. Пил вино или водку, не помню. Находился в состоянии экстаза, какого-то безумия. Попросил дать Гоголя и стал вслух читать сцену из «Вия», где Хома Брут летит на ведьме. С большим выражением читал. А потом вдруг рассказал мучившую его историю.
       Он был одним из главных деятелей РАППа, распущенного специальным постановлением ЦК. После постановления он и Луговской прожили несколько дней в страхе и не выходили из дома. Им никто не звонил. И тогда Фадеев решил написать письмо в «Правду». Что он был не прав, что осознал. «Правда» на следующий день печатает это покаянное письмо. И тут раздается звонок от Ягоды, фактически тогдашнего министра госбезопасности (формально заместителя умирающего Менжинского). Известно, что Ягода поддерживал РАПП, был из окружения Горького (влюблен в его невестку) и близким человеком самому Фадееву. Ягода позвал к себе на дачу и прислал машину. Фадеев с Луговским поехали. Ягода повел Фадеева в бильярдную и там стал возмущаться: «Как вы могли написать такое письмо! Вы ведь предаете своих товарищей по РАППу!..».
       Фадеев понимал, что с ним говорит едва ли не самый могущественный человек в стране, и они могут вообще не выйти с дачи. Как быть?
       Оставался единственный выход. А надо сказать, что у Фадеева был пронзительный металлический голос. Когда он смеялся, было слышно на всю улицу. И вот на этой пронзительной ноте он начинает кричать в надежде быть кем-то услышанным: «Как вы, старый член партии, можете говорить, что я неправильно поступил, поддержав постановление ЦК? Я не могу этого перенести, я ухожу».
       Они с Луговским вернулись в Москву. Что делать дальше? Дальше Фадеев пишет подробное описание встречи с Ягодой, то есть донос. Относит в будку, что около башни Кремля, отдает в окошко. Сталин письма, адресованные лично ему, читал сам и очень быстро.
       После ареста Ягоды, два года спустя, Фадеева вызывают на Лубянку и просят дать показания на разоблаченного врага народа. И он написал снова. Награда не заставила себя долго ждать. Вскоре его пригласили возглавить Союз писателей.
       После расстрела Ягоды его вызвали в ЦК с просьбой написать биографию наркома Ежова. И он пишет. Правда, набор был рассыпан ввиду посадки Ежова.
       Я всегда говорил, что собрание сочинений Фадеева — неполное.
       И из всего, что Фадеев натворил, самым страшным своим падением сам он считал донос на Ягоду. Видимо, санкции на арест других писателей — не близких лично ему людей — его так не мучили.
       
       Солженицын
       — Слышала, что в Переделкине жил — почти скрывался — Солженицын...
       — Солженицын довольно долго жил в Переделкине — у Чуковского. В комнате внизу, где теперь устраивают выставки произведений Чуковского. Там в углу на случай ареста у него стояли вилы.
       Солженицын — большое явление, он имел смелость писать то, что думал. Это уже потом впал в собственную догму, а тогда был абсолютно независим в суждениях.
       Однажды, когда мы разговаривали здесь, в саду, где вряд ли были вмонтированы подслушивающие устройства, он сказал: «Вы правы, сейчас в мире нет такой религии, которая могла бы устроить мыслящего человека». Я поразился, когда через два-три года он вдруг стал правоверным ортодоксом. Я думаю, это было скорее его политическим решением.
       Надежда Яковлевна Мандельштам, снимавшая долгое время в Переделкине дачу, меня уговаривала не быть слишком критичным в отношении Солженицына. Она говорила: вы только подумайте, такой провинциал, сидит у себя в Рязани и мелким почерком составляет список из десяти пунктов основных мировых проблем, которые надо решить тут же.
       В следующий его приезд в Москву Люша Чуковская попросила меня срочно зайти к ней, чтобы поговорить с Александром Исаевичем. Была почти полночь. Что же ему понадобилось в такое время? Он на полном серьезе сказал: «Вы знаете, я вас искал, чтобы обсудить, действительно ли в России нужна демократия. Или достаточно самодержавия?».
       Это потом он стал всезнающим мудрецом, который на все дает ответ. Тогда у него никаких ответов не было, были только вопросы. Некоторые из них меня удивляли своим практическим наполнением.
       Однажды пришел, когда я был в доме один. Пришел узнать, почему Пастернак отказался от Нобелевской премии. Я рассказал, что Пастернака могли выслать из страны и неизвестно с какой семьей. Солженицын успокоился: «Для меня это не важно, мне женщины не будут препятствием».
       Тогда еще никто в мире, кроме него, не думал о его возможном лауреатстве.
       Меня всегда поражало высокое мнение Солженицына о самом себе. Он спрашивал: «Разве вы можете терпеть, что вот если вы идете по улице и спросите любого встречного, кто такой Вячеслав Всеволодович Иванов, и тот не будет знать?».
       — А это правда, что «ГУЛАГ» писали чуть ли не 300 человек?
       — Я был одним из первых читателей «ГУЛАГа». Сначала он привлек Шаламова — написать более близкую к нашему времени часть, но они не сошлись. Шаламов полагал, что человек в лагере гибнет, а Солженицын категорически не соглашался. Его идея — лагерь возвышает дух. Они не договорились. Потом он не договорился с Даниэлем.
       У меня смешанное чувство: много кусков написано разными людьми, в том числе мной.
       Я предложил несколько вставок в уже написанный текст. Он их принял. Например, о Флоренском.
       Солженицын сам пишет, что ему помогали 300 человек. С моей точки зрения, сейчас он не только может, но должен бы опубликовать список людей, написавших большую часть его главной книги.
       Еще не зная, что его вышлют, он поначалу готовился получать премию здесь, в шведском посольстве. Принес мне план, кто и где будет стоять, исходя из иерархии… Мы дружили года два. Человек он существенный.
       — Мы все время говорим о Переделкине как о некоем памятнике ушедшей культуры. Каким оно видится вам сегодня, сквозь годы и пространство?
       — В Переделкине и сейчас пишут, на радость всем нам, Инна Лиснянская — стихи; Фазиль Искандер — прозу. Карякин ломает голову над графикой позднего Гойи. Сочиняет композиции из цветов и рифм Андрей Вознесенский; всех заносит в «Учетную книгу» русской поэзии Евгений Евтушенко…
       Переделкино — не мертвый музей, а живой пример творческой деятельности…
       
       Анна САЕД-ШАХ
       
29.08.2005
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 63
29 августа 2005 г.

Образование
Качественные знания теперь будут доставаться только одному классу — богатых

Наука
Академик Ильин к критике относится положительно, а к опечаткам — терпимо

Ким Смирнов: Где вы, аспиранты Ландау?

Обстоятельства
В партии политического большинства обнаружен сексуальный извращенец?

«Стародум» Станислава Рассадина
Свобода быть несвободным. Кажется, именно это — главное завоевание нашего времени

Болевая точка
Зачем матери погибших детей придут из Беслана к президенту?

Кавказский узел
Пиар-теракт президента Карачаево-Черкесии — это лишь попытка напомнить о себе?

Мини Пожарский. Мэр Махачкалы говорил с ревизорами на языке пламени

За рулем
Переход пешеходного периода. Готовьтесь к акции «Я пропускаю пешеходов»!

Отдельный разговор
Быт и нравы работников Евросуда

Чувство полученного долга

Государство не выполнило позитивных обязательств

Жалоб приходит столько, что Страсбургу уже мало бюджета в 39 млн евро

Суд да дело
Благовещенск движется к Израилю

Автор «Пилотажа» не смог сесть

Подробности
Михаил Касьянов пишет сценарии

Налоговики создают опасный прецедент

Московский наблюдатель
Москву оставят без базаров?

День Москвы состоится при любой погоде

Специальный репортаж
Расход конем. Кто стал гвоздем программы празднования 1000-летия Казани?

Казан, чтобы варить. Юбилей как повод решить все и сразу

Тупики СНГ
Новый курс Москвы на постсоветском пространстве. Хочется покурировать? Это уже зависимость

Активистов «Кмары» отправили к белорусским бомжам

Набухают почки революций…

Краiна Мрiй
Ющенко требует пересчета голосов

Украинские власти открестились от своего министра экономики

Геополитика
Зачем Китай, Япония и Корея написали общий учебник истории?

Проспект Медиа
Игорь Малашенко: Сегодня я сделал бы канал для людей, которых интересует информация

Люди
Письма Богу от 3000 младших школьников. «Здравствуй, Господи, навсегда!»

Свидание
Прогулка с академиком и писателем Вячеславом Ивановым по Переделкину. Часть II

Библиотека
Георгий Данелия. «Тостуемый пьет до дна». Часть II

Кинобудка
Диагноз возрождающегося кинематографа — врожденная неполноценность?

Режиссера фильма «4» Илью Хржановского за границей наградили, а в России хотели повесить

Культурный слой
Какую бы пьесу написал Толстой, если бы жил в наше время?

Вышел сборник лучших произведений «Новой драмы»

Главы государств СНГ подписали Соглашение о гуманитарном сотрудничестве

Наши даты
Он стоял против течения. 28 августа Юрию Трифонову исполнилось бы 80 лет

Спорт
Приглашение в «Динамо» бразильского тренера не сделало игру бело-голубых бразильской

Клонированные Березуцкие, или ЦСКА победил числом

Крылья нам не подрезали. А паровоз под откос пустили

АРХИВ ЗА 2005 ГОД
97
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2005 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100