NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

ПУТИН: «БЫВАЕТ ТАК — МНОГО ГЕНЕРАЛОВ И ОНИ ДРУГ ДРУГУ МЕШАЮТ»
Стенограмма воспоминаний «Матерей Беслана» о встрече с президентом России. Часть II
       
(Фото — EPA)
    
       (Окончание. Начало в № 68)
  
       Римма Торчинова: «С них должны были слететь звездочки, а тут их ставят на новые места, и складывается ощущение, что звания раздариваются направо и налево».
       Путин: «Нет, это не так».
       Римма Торчинова: «То же самое и с Дзантиевым. Он не справился с ситуацией в республике, а сейчас находится где-то в Московском округе, руководит подразделением МВД».
       Путин: «Нет».
       Мамсуров: «Нет».
       Азамат Сабанов: «Теракт послужил для вас толчком по принятию мер по усилению вертикали власти. Какое может быть усиление, если у нас в Беслане не осталось никакого авторитета у федеральной прокуратуры. Почему так происходит, почему там, наверху, не прислушиваются к нашему мнению? Не обращают внимания на очевидные вещи? К примеру, танк стрелял по школе при мне около четырех часов».
       Путин (пролистав несколько папок, стал читать одну из бумаг): «Командир танка… номер бортовой… члены экипажа… стояли… по приказу переехали… произвели выстрел в 21.00 по скоплениям боевиков».
       Азамат Сабанов: «Моя жена была эвакуирована через столовую. И какое могло быть скопление в 21.00, если боевиков тогда уже добивали, все было очищено? Если вы допускаете, что вас обманули с количеством, то неужели не допускаете, что и здесь тоже нечисто?».
       (Путин записывает все.)
       Азамат Сабанов: «Насчет «Шмелей» нас постоянно убеждают, что они незажигательные».
       Путин: «Шмели» не зажигают».
       Азамат Сабанов: «Есть три вида «Шмелей».
       Путин: «Я не владею информацией».
       Азамат Сабанов: «Кто руководил штабом в первый день?».
       Путин: «Формально — Дзасохов».
       Азамат Сабанов: «Почему не появились в Беслане 1 сентября Патрушев и Нургалиев, которые были в аэропорту и улетели? Дзасохов ведь не специалист? И почему кто-то из них не остался?».
       Путин: «Бывает так: много генералов и они друг другу мешают. Поэтому они улетели». (Ответ получился невнятным, поэтому эту тему развивать не стали.)
       Сусанна Дудиева: «Руководителем штаба 2 сентября в 14.45 был назначен Андреев?».
       Путин: «Да».
       Сусанна Дудиева: «Кто руководил штабом 1 сентября с 10.00?».
       Путин: «Формально — глава республики».
       Сусанна Дудиева: «Если формально был глава РСО-Алания, то отчего он сейчас отказывается? Значит, центром не был назначен штаб и не было руководителя».
       Путин: «Выходит, так».
       Сусанна Дудиева: «Почему сутки наши дети мучались? Уже были сброшены трупы, а в штабе не было руководителя?! Центр должен нести ответственность за то, что в штабе сутки не было руководителя. И не было самого штаба, когда уже гибли люди! Кто-то понесет ответственность?».
       Путин: «Да, будем разбираться».
       Азамат Сабанов: «В мировой практике после первого выстрела, первого трупа идет силовая операция. Почему 1-го числа она не началась?».
       Путин: «Это надо спросить у оперативного штаба. Мы хотели договориться, чтобы было как можно меньше жертв. Мы не хотели штурма, мы ждали».
       Аннета Гадиева: «Там внутри ждать было невозможно. Но вы же могли сделать инсценировку вывода войск из Чечни?».
       Путин: «Мы об этом думали, хотели это делать, но не успели».
       Аннета Гадиева: «Как долго вы думали? Заложники не выдержали».
       Путин: «Все равно жертв было бы меньше. Заложников стало меньше». (Он открыл свою папку и стал читать о том, что есть показания свидетелей, что в школе был террорист на кнопке, который стал читать Коран, дочитал его, закрыл, убрал ногу с кнопки, и произошел взрыв. Это видел один свидетель.)
       Аннета Гадиева: «Есть другие свидетели, которые говорят о том, что, если бы террорист убрал ногу с кнопки, раздался бы взрыв по цепной реакции. Так не могло быть. Это всего лишь версия прокуратуры. И есть много других свидетелей, что был выстрел извне, что люди видели какое-то прозрачное облако, которое обожгло многих. Другая версия, что был выстрел из огнемета, который пробил крышу, и это способствовало взрыву. Но мы считаем, что прокуратура сделала выводы и подобрала под эти выводы доказательства. И поэтому мы не согласны с мнением прокуратуры. Пусть они убедят нас так, чтобы не было вопросов».
       Путин: «Я согласен. Нужна работа, нужно доказывать».
       Сусанна Дудиева: «Мой ребенок и другие заложники сказали, что произошло несколько взрывов. После пожара через 30 минут начала гореть крыша. И в течение 30 минут не врывались туда спецназовцы. Сумели ворваться ополченцы, отцы. Потом спецназ, неподготовленный».
       Таймураз Мамсуров: «Спецназ пошел в обход. Действия его были не скоординированы. Непонятно, почему за три дня не было налажено взаимодействие. Спецназ был сам по себе, пожарные сами по себе, а штаб вообще неизвестно чем занимался».
       Азамат Сабанов: «Когда детей стали загонять в школу, то один боевик, который контролировал одну из сторон улицы, по рации ясно кричал по-ингушски, потом выругался по-русски: «Давайте все оперативно сюда, здесь уже все сделано». Я лично все это своими ушами слышал и могу где угодно подтвердить. И показания в прокуратуре тоже дал. Помимо тех, что на машине приехали и загоняли, еще где-то группы были. Значит, еще планировалось что-то. 1, 2, 3-го я находился возле школы и все видел. Никакого оцепления не было. И никто из силовых структур не подходил и не изучал обстановку: где, что и как расположить. А ведь местные жители знали, как лучше подойти к школе, спортзалу. Но никто не спрашивал. 58-я армия 2 сентября вечером ушла. Мы остались одни с гладкоствольными ружьями». (Путин удивился.)
       Азамат Сабанов: «Никакого оцепления не было, и это — ответственность штаба. Пожарных не обеспечили бронежилетами».
       Сусанна Дудиева: «<…> В Лондоне эксперты и военные оцепили и в течение недели все по частицам узнали. Наша прокуратура 4-го числа вывезла все, что осталось, на свалку. Все нужно было изучить — и пристройку, которую разбомбили, и спортзал. Почему вещи наших детей нашли в феврале на свалке? Нам все это дорого. Почему детей посадили, мучили три дня, убили, сожгли, а потом их останки вывезли на свалку доедать бродячим кошкам и собакам?».
       (Путин сидел весь черный.)
       Сусанна Дудиева: «Кто приказал это сделать? Это не могло быть распоряжением директора щебзавода или транспортной колонны».
       Рита Седакова: «Мы сами кровно заинтересованы, чтобы узнать правду. Свое расследование тоже ведем, помогаем следствию. Но когда мы просили, чтобы в актовом зале под сценой провели анализ на наличие оружейного масла, почему-то в этой разрушенной, сожженной школе в ночь с 20 на 21 сентября был пожар и вся сцена выгорела дотла! Мы доказываем, что в школе было оружие. Сколько погибло детей, людей — большинство из них просто сгорели. Но где написано, от чего? От того, что кровля сгорела, или от того, что «Шмелями» стреляли? Этого нигде нет, потому что экспертиза не проводилась. Я не скажу, что прочла триста тридцать заключений, но считаю, что большинство сгорели».
       Вспоминает Сусанна Дудиева: «Я сидела напротив, когда Рита положила перед Путиным снимок сожженного ребенка. Его лицо надо было видеть. Оно вытянулось сразу. Он взял и начал смотреть. Посмотрел. Положил. Помолчал, потом опять взял. Было видно, что человек реагирует. У Дзасохова такого не было. В этот момент мы сказали: вы представьте, что это ваш ребенок, ребенок, которого вы так любите, ради которого вы живете. И вот в таком вот состоянии он лежит перед вами. Путин сидел и смотрел и сказал, что за это тоже будут наказаны»…
       Маирбек Туаев: «Когда проводится операция, спецназ ведет переговоры, и их записывают».
       (Путин переводит разговор на тему работы оперативного штаба по освобождению заложников.)
       Азамат Сабанов: «Я уточнил: у спецназа, идущего на штурм, есть рации с наушниками. Должна быть запись переговоров, но ее не отдают следствию. Наверно, боятся, что многое прояснится? Ведь сразу будет известно, когда и откуда стреляли, хронологию можно легко восстановить».
       Путин: «А разве записывалось?».
       Маирбек Туаев: «Фээсбэшники 4 сентября собрали все и уехали, и записи у них. Не может быть, чтобы вы руководили ФСБ и не знали об этом».
       Путин: «Этот момент я уточню». (Записал.)
       Азамат Сабанов: «Об ответственности Патрушева, Нургалиева и всех силовых структур. Они же должны в какой-то мере понести наказание? Они должны хотя бы чисто из человеческих соображений взять и написать рапорт об отставке — что они не справились с обязанностями».
       Путин: «Да, по-человечески это должно было быть. Если бы я был на их месте, так бы и сделал».
       Аннета Гадиева: «У меня больше не будет возможности встретиться с вами».
       Путин: «Если это необходимо и если будет польза делу, можно будет организовать встречу». <…>
       Аннета Гадиева: «Вы понимаете, я больше не живу. Я там была со своим ребенком. Там остался мой второй ребенок. Вы понимаете, что я после этого не живу?» (Путин молчит.)
       Вспоминает Сусанна Дудиева: «У Аннеты появились слезы, хотя мы и договаривались не плакать. Она сдержалась, продолжая: «Вы понимаете?».
       Аннета Гадиева: «Была авария с батискафом. Я ничего не хочу сказать — каждая человеческая жизнь дорога, но то, что было в Беслане, — это ни с чем не сравнимо. Однако когда случился теракт в США, министр обороны страны заявил на всю страну: «Против нас объявлена война». Батискаф затонул, наш министр обороны там, призваны все спецслужбы, специалисты со всего мира, они все действуют. А что у нас? Где были Минобороны, МВД, ФСБ? У вас основной вопрос — власти и денег. А страдаем мы, простые люди, мы — пушечное мясо. Вы понимаете?».
       Путин: «Нет, не понимаю».
       Аннета Гадиева: «Вы говорите, что на Кавказе действуют дестабилизирующие силы, которые хотят войны. После теракта вы дали социально-экономическую характеристику Северного Кавказа, где сказали, что у нас, на юге, уровень жизни ниже, чем по всей стране. Вы понимаете, что это почва для дестабилизации? Есть ли политика на Кавказе? Что такое Кавказ для России?».
       Азамат Сабанов: «Когда в Америке произошел теракт, через 2 месяца уже был разработан закон о терроризме, а у нас год прошел, и никаких сдвигов. Даже следствие элементарно не знает, какая версия должна быть. Прокуратура со следствием объединились против пострадавших. <…> Но не бесконечно люди могут ждать спокойно, чтобы услышать, кто все-таки виноват, иначе начнется что-то другое. Обида нанесена страшная. Она не проходит, с каждым днем становится все сильнее и сильнее, если нет реальных виновных».
       Аннета Гадиева: «Нам все говорили: «Зачем вы едете? Зачем ты едешь?». Я ответила: «Хочу посмотреть ему в глаза. Чиновнику, который два часа сидел у гроба Господня и каялся». Вы каялись о Беслане?».
       Путин: «Да».
       Аннета Гадиева: «Ну вот тогда покайтесь перед моим народом».
       Путин: «Кто-то может использовать эти слова для развала России. Террористы сначала готовят теракт (одна трагедия), а потом работают с жертвами (другая трагедия)».
       Аннета Гадиева: «Не давайте почвы, работайте так, чтобы этим силам невозможно было что-то делать».
       Сусанна Дудиева: «Нам с большим трудом дался этот разговор. Вы представляете, какие эмоции нас переполняют и что чувствую я, эти женщины и люди, которые остались дома, у которых убили детей, и вину за это несете вы как глава государства. Весь Беслан считает вас виновным. Потому что когда спрашивают, почему он не приехал, говорят в один голос, что виноват Владимир Путин».
       Путин: «Я не снимаю с себя ответственности».
       Сусанна Дудиева: «Но вместе с тем мы хотим, чтобы ответственность несли все остальные, кто в этом виноват, кто допустил, кто не справился».
       Путин: «Будем разбираться».
       Вспоминает Сусанна Дудиева: «Были мнения против поездки, но мы пересилили себя. Мы знаем, что только мы можем говорить, чтобы были сделаны выводы и наказаны виновные. Этот разговор состоялся, потому что до этого была встреча с Козаком. Эмоции все были потрачены на него, поэтому общий тон на встрече с президентом был менее жестким, чем мог быть».
       Аннета Гадиева: «Я даже не знаю, что мы будем говорить в Беслане тем женщинам, которые ходят, как тени, у них перевернута жизнь. Я знаю, что мы никто. Я знаю, что жернова государственной машины перемелют нас, но мы все-таки будем добиваться правды».
       Путин: «Когда я вступил в управление государством, фактически был развал, война в Чечне, бандформирования — с трудом все это удается сдерживать. Произошел теракт — наступила дестабилизация. Легче всего уехать. Если кто-то сейчас хочет покинуть страну в такой момент — никто никого не держит. Вы должны понимать, что есть родина, сейчас тяжело, но мы что-то делаем, пусть и не всегда успешно».
       Сусанна Дудиева: «Если вы имеете в виду то письмо, в котором мы написали, что хотим покинуть нашу Родину (оно было опубликовано 1 сентября), то оно написано нами. Я тоже его подписала. Мы считаем это письмо тоже протестом, акцией, направленной на то, чтобы заставить говорить правду, назвать виновных. Вы вынуждаете покинуть нас эту страну, потому что вы бездействуете. Но если мы отсюда уедем, все равно матери не забудут о смерти своих детей. Мы ждем объективного расследования этого теракта. Если этого не будет сделано, нам останется встать и уехать, оставить вас одних. Мы рассказали вам все, что хотели, услышали от вас, что вы несете ответственность. Вы сказали, что будете разбираться, но есть вопросы, с которыми мы приехали, которые нас просили задать».
       Путин: «Пожалуйста».
       Сусанна Дудиева: «Почему вы не приехали 1 сентября?».
       Путин: «Представьте, что бы было. Все — ФСБ, охрана — переключились бы на меня, и это бы только нанесло вред всему делу. Как только все закончилось — я приехал».
       Сусанна Дудиева: «Вы считаете, что теракт в Беслане — трагедия мирового масштаба?».
       Путин: «Да».
       Сусанна Дудиева: «Вы согласны с тем, что наказание террористов и людей, которые своими действиями и бездействием привели к многочисленным жертвам, должно быть адекватным мировому?».
       Путин: «Да».
       Аннета Гадиева: «Вы согласны, что это политическое убийство детей?».
       Путин: «Я не понимаю».
       Аннета Гадиева: «Выдвигались политические требования, и детей принесли в жертву».
       Одна из матерей передала президенту листок с анкетой, заполненной ребячьей рукой. В графе «Что тебя волнует?» был написан ответ: «Россия». Путин взял его себе. (Это написала в своем дневнике дочка Саши и Риммы Гумецовых, 11-летняя Аза. Погибла в школе. — Е.М.)
       Сусанна Дудиева: «Завтра 3 сентября — самый страшный, самый черный день в истории России. От того, какой завтра будет день, зависит очень многое. Если завтра вы найдете слова, которые ждут от вас в Беслане, которые ждет вся Россия, то это — слова покаяния. Вы должны найти их в своем сердце, только они могут вернуть людям веру, которую ждут в Беслане. Вернуть надежду на то, что в государстве о них еще кто-то заботится, что в этом государстве можно жить, что гарантировано право на жизнь. От этих слов зависит будущее».
       Путин: «У меня есть эти слова. Я знаю эти слова. Но есть еще силы в России, которые могут обернуть эти слова против меня и народов России».
       Сусанна Дудиева: «Если завтра вы найдете такие слова, слова покаяния, если с завтрашнего дня вы начнете действовать так, чтобы выявить виновных в бесланской трагедии, если будете содействовать объективному расследованию, если начнете наказывать виновных и если какие-то силы будут вам мешать — то мы будем бороться вместе. В этом деле мы с вами».
       
       Записывали Павел МАГАЕВ и Нино БАЛАХАШВИЛИ.
       Публикацию подготовила Елена МИЛАШИНА
       Текст предоставлен редакцией газеты «Осетия. Свободный взгляд»
       
19.09.2005
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 69
19 сентября 2005 г.

Власть и люди
Трасса к новой резиденции Путина строится в трех метрах от жилых домов

Болевая точка
Стенограмма воспоминаний «Матерей Беслана» о встрече с президентом России Путиным. Часть II

Специальный репортаж
Первоклассник Павел Петрович Прощалыгин пошел в школу. Нужно ли говорить ему о Беслане?

Расследования
Тайна уничтожения Масхадова. Как и почему убили второго президента Чечни

Подробности
Общество российско-
чеченской дружбы атакуют по всем фронтам


Суд да дело
Освобождение Михаила Трепашкина было условным

Карантин в «Матросской Тишине»

На процессе по «делу 14 декабря» подсчитывают ущерб, нанесенный государству

Митинги.Ру
Играли в дымовые шашки…

Общество
«Открытая Россия» оказывает бесплатную социальную помощь

«Тимуровцы по-новому». Свободный проект, придуманный в тюрьме

Обстоятельства
Еще два наших самолета погибли в «войне против НАТО»

Экономика
Коктейль Хлопонина. Бензин пахнет кризисом

Депутаты отказываются регулировать цены на топливо

Цена закона
Грядут времена всеобщего дефицита на иностранный алкоголь

Новости компаний
Николай Павлов обвинил «Альфа-групп» в давлении на депутатов

Отдельный разговор
Дума довела себя до гротеска. Анализ первых результатов проекта «Демократический аудит России»

«Стародум» Станислава Рассадина
Дело не в шляпе. Кто и почему ругает интеллигенцию

Московский наблюдатель
Что стоит за полемикой между мэром Москвы и правительством России?

После выборов
Губернатор Дмитрий Аяцков ушел в историю

Краiна Мрiй
Госсекретарь Украины Олег Рыбачук: Список коррупционеров будет расширяться

Регионы
Кубанские фермеры хоронили надежды

Армия
«Ушел в партизаны. Целую, не скучай»

Технологии
Чипизация человека. А вам какое тело и почем?

Мир и мы
ФРГ «чувствует ответственность» за российских иммигрантов

За рулем
Корреспонденты «Новой» играли в доброго и злого водителей

Четвертая власть
VIII международный конкурс журналистов «Вопреки»-2005 принимает конкурсные работы

Люди
Философия свободного. 16 сентября Саше Цветкову могло бы исполниться 40 лет

Николай Караченцов возвращается к нормальной жизни

Спорт
Последнее интервью Николая Эпштейна. Городку и миру

Свидание
Прогулка с «оскароносцем» Александром Петровым по его родному Ярославлю

Исторический факт
Тайна Куликова поля. Против кого воевал Дмитрий Донской 625 лет назад?

Культурный слой
Московскую консерваторию могут лишить права выдавать дипломы государственного образца

Защита в луже. Доклад министра культуры РФ отправили на доработку

Библиотека
Рената Муха — переводчик с пингвиньего, кошачьего, туфельного…

Кинобудка
Мечтатели на Волге. Обзор провинциальных кинофестивалей

Медицина
Венная инженерия. Пиявки «работают» только под наблюдением специалиста

Реакция
Небо. Денежка. Самолет…

АРХИВ ЗА 2005 ГОД
97
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2005 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100