NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

«ЭТО СЧАСТЬЕ ОСТАЛОСЬ СО МНОЙ!»
Николая Караченцова по шажку возвращает к жизни его жена — заслуженная артистка России Людмила Поргина
       
(Фото — ИТАР-ТАСС)
     
       
Пытаться увидеть в этой женщине печаль, усталость, отчаяние, слабость — бессмысленное занятие. Она наделена особой энергией добра и невероятной стойкостью духа.
       Ее роль в судьбе всеми любимого артиста Николая Караченцова переоценить никак невозможно. Просто она и есть его судьба.
       И в радости, и в горести…
       
       
Вряд ли кому-то надо напоминать о том, что случилось полгода назад с Николаем Караченцовым — за его состоянием со дня той роковой автоаварии с волнением следят без преувеличения миллионы людей. И все это время о здоровье знаменитого и любимого народом актера они узнают из уст Людмилы Александровны Поргиной...
       То, как она противостоит выпавшим на их с мужем долю испытаниям, вызывает у одних восхищение, у других — искреннее удивление невероятной внутренней силой, которой одарена эта женщина.
       Но у самой Людмилы свой взгляд на события полугодовой давности: "Я не знаю, как назвать то, что произошло в течение сорока минут в ту ночь. Роковым совпадением? Ловушкой, подстроенной жизнью? Трудно представить ситуацию, в которой я оказалась. С одной стороны — смерть мамы, которой я обязана была отдать все почести, похоронить по-человечески, с другой — Коля в больнице, в коме. Я пришла к нему в палату, взяла его руку и говорю: "Колечка, я к тебе скоро вернусь. Ты должен меня дождаться. Я все сделаю и вернусь. Только дождись". Я уповала только на Господа Бога, только он меня поддерживал. В этой ситуации ничего не стоило сломаться и морально, и физически, и вообще лишиться рассудка. Но я ни на минуту не допускала даже мысли о том, что могу потерять Колю. Я молилась и опять бежала в больницу, потом опять молилась... Самое важное, что извлекла из случившегося: я знаю, что могу выдержать все. Моя молитва невероятной силы!"
       
       Ничто не могло нас остановить
       Они встретились в театре. Оба молодые, талантливые, красивые и... влюбились друг в друга.
       — Я как первый раз увидела Колю в спектакле, поняла — все, я пропала. Мне не жить! А сама была уже замужем. И Колечка, увидев меня, не прошел мимо. В общем, роман завертелся безумный! Ни я, ни Коля никогда не испытывали такого сильного чувства, ничто уже не могло остановить, помешать нашему счастью. Поэтому когда Коля сказал мне: "Хочешь выйти за меня замуж — разводись. Немедленно", то я, конечно, развелась.
       В 73-м году начался их роман, а расписались и сыграли свадьбу только через два года, 1 августа 1975-го.
       — Это был самый счастливый день в моей жизни! — вспоминает Людмила. — Со мной рядом оказался любимый человек, и я нисколечко не сомневалась, что именно его единственного я искала все эти годы.
       1 августа 2005 года, ровно через 30 лет, Николай настоял на венчании. И никакие уговоры, что это лучше сделать после отдыха, уже окрепнув, не принимались. Он выстоял в церкви, а потом весь вечер просидел дома с гостями, как ни просила его Людмила пойти отдохнуть. "Нет, я буду сидеть с вами. Для меня это важное событие", — ответил он.
       Первое время молодожены ютились с родителями Людмилы в маленькой двухкомнатной квартирке на Юго-Западе Москвы. Денег тогда не водилось, жили часто в долг, иногда родители помогали, но несмотря на все житейские неудобства, не зацикливались на этом. Дом всегда был полон друзей. Николай успешно работал в театре и кино, предложения сыпались одно за другим. Оба энергичные, остроумные, веселые, они притягивали к себе людей. И куда бы их ни забрасывала судьба, везде их встречали друзья. Марк Анатольевич Захаров (режиссер Ленкома. — Г.Р.) всегда удивлялся: "Как так может быть, в какую страну ни приедешь, к вам гора друзей бежит?"
       После гастролей в Воронеже Людмила с радостью узнала, что беременна. Оба давно мечтали о ребенке, но Людмила хотела иметь только сына. Может, в силу своего, как она говорит, мальчишеского, озорного характера.
       Андрей решил появиться на свет в тот знаменательный день 1978 года, когда одним приказом подписали звание заслуженного артиста Олегу Янковскому, Александру Збруеву и Николаю Караченцову. Весь театр дружно собирался отметить это знаменательное событие. Людмила, купив себе 3-литровую банку сока, готовилась отправиться в театр, а вместо этого угодила в роддом...
       Рожала тяжело, двое суток, в жутких муках, и когда наконец родила, попросила врача позвонить мужу. Ему дозвонились: "Николай, у вас родился сын, поздравляем!" Молчание. "А какие у него зубы?" — спросил растерянный отец. Врач оторопел. "Молодой человек, — оправившись, сказал доктор, — да будет вам известно, что дети рождаются без зубов". Молчание. "Хорошо. Все", — сказал Коля и бросил трубку. Потрясенный доктор вернулся в палату к Людмиле: "Он у вас нормальный?" — "Нет, конечно, — не задумываясь, ответила она, — он же артист. Вряд ли артисты могут быть нормальными".
       Позже она спросила: "Колечка, а почему ты трубку бросил?" А он: "Я просто заплакал..."
       "А зубехи-то его интересовали на предмет, такие же они, как у него, или нет?!" — рассмеялась Людмила.
       После роддома Людмила сильно заболела: вымыв свои роскошные волосы, выскочила на улицу и простудилась. К вечеру температура под сорок. И она слегла. Так на Николая свалились все заботы о грудном ребенке. Он бегал к соседке учиться его кормить, пеленать, купать. Не удивительно, что первое слово, произнесенное сыном, было "папа".
       "У них по сей день такая мощная связь, такая необыкновенная любовь, — рассказывает Людмила, — стоит мне закричать на сына, да что там, просто повысить голос, Коля тут же на защиту: "Девонька, не ругайся, это же наш сын. Нельзя".
       Андрей не пошел по стопам родителей. Он закончил МГИМО. "Я думаю, что он устал от нашего творчества, — улыбается Людмила, — от жуткого напряжения, ритма, в котором жил наш дом (это не каждый нормальный человек может выдержать): тут Дунаевский стучит по клавишам, тут же Лора Квинт пришла читать свои новые стихи, кто-то сценарий приносит, бесконечные телефонные звонки, например, Илья Резник песню прослушать предлагает, и так до бесконечности... Помню, как он из школы возвращался: заходит осторожно в дом, осматривается и говорит: "Слава богу, никого нет, тишина".
       
       Жизнь с Колей — подарок
       — Мы как-то смолоду жили ярко, звонко. На Новый год у нас традиционно собиралось очень много народу. Теперь и квартира в центре Москвы позволяет вместить такое количество друзей. Обязательный капустник, концерт, Дед Мороз, Снегурочка, частушки (хулиганские). А на Рождество приглашаем всех с детьми, и все взрослые и дети участвуют в рождественском представлении.
       Вообще я должна сказать, что вся жизнь с Колей — подарок. Для меня нет человека надежнее, внимательнее и добрее Коли. Он всегда умел преподносить подарки, делал это красиво, щедро. Готовился ко всем моим праздникам, независимо от занятости. Дарил цветы и обязательно ко дню моего рождения — новые стихи.
       Но один подарок Людмила запомнила на всю жизнь. Она мечтала о песцовом полушубке. Смотрела журналы мод и причитала: "Ох, как я хочу такой полушубок. Колечка, ты когда-нибудь купишь мне такой?"
       — Хотя я понимала, откуда взять?! А вскоре Коля уезжает со спектаклем "Юнона и Авось" в Лондон, звонит оттуда и говорит: "Я тут подсчитал все заработанные денежки. Хватает только на кролика". "Ну хорошо, я согласна", — кричу радостно в трубку. Он приезжает, открывает чемодан и так небрежно бросает сверток — вот тебе... Сверток раскрывается, а там безумной красоты полушубок из белого песца. "У меня от восторга и неожиданности аж слезы на глаза навернулись! Ни у кого еще тогда в театре не было такого, у меня первой. Этот поступок в Колином характере. Вот он такой. Если надо, примчится из любой точки, он надежный, и таких мужиков сейчас мало. И с мамой когда случилось... Мы ведь знали, что ее дни сочтены. Рак желудка. Два года болела. Как могли, мы облегчили ее муки: она и причастилась, и исповедовалась, и если можно так сказать, умирала тихо, легко, без тех страшных мук, о которых мне рассказывали. Вот он и сорвался тогда по первому звонку. Бесполезно было что-то говорить. Он не мог оставить меня в такую минуту. Надо знать Караченцова".
       
       Со мной не соскучишься
       — Что только со мной не случалось. Мы с Колей живем в бешеном ритме все 24 часа. У него много своих дел, а у меня тоже масса обязанностей: отремонтировать что-то в квартире, съездить что-то достать, Ирочке (невестке) помочь, выполнить просьбу Андрея, прочитать сценарий нового 12-серийного фильма и сказать, что полное г... , а еще существуют друзья, спектакли, обязанности по дому, приготовить ужин например. Это делаю всегда я, а не домработница, так любит Коля, а поскольку я все быстро в этой жизни делаю, но основательно, мой сын говорит так: "Не продуманно, но быстро и четко". Вот я так и готовлю — быстро и четко. Иногда бывает стопроцентное попадание.
       Как-то я решила вырваться из этого круговорота на недельку в Тунис, отдохнуть с подругой. Коля нас повез в аэропорт, а по дороге говорит:
       — А какое точное время вылета?
       Я достаю билет и... о ужас!
       — Что с тобой, тебе плохо?
       — Нет. Мне хорошо. Только сейчас 11 часов, а самолет уже взлетел в 10.30.
       Вот в такие казусы я попадаю достаточно часто. Коля, конечно, все сделал, помог поменять билет.
       Или еще смешной случай: премьера спектакля Галина "Чешское фото". Я знала, что там играет Коля и выдающийся артист, наш друг Саша Калягин. Бегом несусь, чтоб, не дай бог, не опоздать. Бухаюсь в кресло и сразу ничего не могу понять. Вижу — это Саша Калягин, а второй-то кто? Господи, жалкий такой, сломленный, такая пьянь, просто сопля на плетне, корявый... и вдруг через какое-то время понимаю. Прозрение. Да это же мой Колечка (смеется). Думаю, ну совсем ты плоха, девонька, родного мужа не узнала.
       Надо сказать, играли они оба блестяще.
       Когда театр выезжал на гастроли за границу, со здоровьем Людмилы вечно что-то происходило: в Париже подвернула ногу — разрыв связок; а о Португалии, куда театр поехал поддерживать коммунистическую партию спектаклем "Звезда и смерть Хоакина Мурьеты", она попала на операционный стол.
       "У нас, естественно, никаких лишних денег, а у меня после спектакля приступ аппендицита, — рассказывает Людмила. — Привозят в Лиссабон, в госпиталь. Перитонит! Объявляют, что операция будет стоить 5000 долларов. Лицо Коли в этот момент, выражение его, передать трудно, и не он один был в шоке — все: где брать? Посольский работник говорит: ну что ж, будем вскрывать посольскую кассу. И вскрыли. Вся зарплата посольских работников пошла на мою операцию. Потом, конечно, эту сумму им вернули".
       Перед гастролями в Америку Марк Анатольевич Захаров на сборе коллектива бросил несколько пожеланий в адрес Людмилы Андреевны, это звучало примерно так: " ...а Людмилу Андреевну Поргину надо проверить по всем частям, даже по стоматологии. Это же невозможно — платить по страховке за нее такие деньги". Все дружно рассмеялись.
       
       Юрмальская соната
       Когда в начале этого лета встал вопрос о реабилитации Николая Караченцова, лечащий врач, нейрохирург, профессор Крылов сказал, что ему будет хорошо там, где его любят и знают, где окружат вниманием. Людмила позвонила в Ригу своему давнему другу Сергею Ратникову, попросила узнать, есть ли такое место в Юрмале, где он смог бы продолжить реабилитационный период. Сергей посоветовал санаторий "Яункемери".
       Выезжали из Москвы инкогнито, сказав, что едут в Швейцарию, дабы избавиться от вездесущих журналистов.
       — Конечно, волновались,— вспоминает Людмила, — сейчас понимаем, что сделали правильный выбор. А как нас здесь встретили! С какой любовью, тактом, вниманием отнесся весь обслуживающий персонал, отдыхающие, плюс высокий профессионализм медработников. И главный врач санатория Михаил Григорьевич Малкиель зайдет, пожмет руку Коле, поцелует его, спросит: как дела? От такого внимания у любого настроение улучшится. И мы за это время сделали огромный шаг на пути к выздоровлению.
       Ну а Сергей — наш давний друг. Мы познакомились с ним, когда Андрюшке нашему всего 7 лет было, на гастролях в Риге. С тех пор он стал для нас родным и близким человеком. Благодаря Сергею мы познакомились и подружились с Василием Рогозиным (президент страховой фирмы Balva. — Г.Р.), с Женей Волошиным (президент ювелирной фабрики Gemmi. — Г.Р.) — какие замечательные люди!
       Зная, что я верующий человек, они отвезли нас к отцу Феофану в Елгаву — это такой подарок! Он поговорил со мной, с Колечкой, и проповедь прочел, и потрапезничали мы с ним. Я прекрасно понимаю, что делалось все ради Коли — это особое уважение к нему, к его нынешнему состоянию, и спасибо им за этот праздник, который они устроили для него: он гулял с удовольствием, спал, дышал потрясающим воздухом, в общем, нам здесь было хорошо, нам подарили счастливые минуты общения. У меня просто нет слов благодарности, сколько я хочу высказать всем, кто принял такое участие в нашем пребывании. Мне иногда казалось, что я не на курорте, а дома. Я увезу Колю и увезу в своем сердце новых друзей.
       Я сейчас думаю: не случись с Колей такой трагедии, мы бы и не знали, что его так любит народ. Я вышла на следующий день после аварии, а вокруг нашего дома лежат цветы. В театр на вахту приносили письма поддержки, конверты с деньгами, пенсионеры со своей нищенской пенсии пытались как-то помочь, а одна женщина пришла с зарплатой: извините, говорит, что только 300 рублей могу дать, иконы приносили, друзья со всех концов мира откликнулись. Женя Евтушенко, узнав об аварии, тут же позвонил из Америки: "Люда, я тебе на факс стихотворение для Коли сбрасываю". Стихи нам слали абсолютно незнакомые люди, огромное количество, одна известная кинокритик сказала так: "Я знаю только двух мужиков за время нашего кинематографа — Василия Шукшина и Николая Караченцова". Это, наверное, — ему награда за его безграничную доброту и благородство. Люди все это чувствуют.
       
       Свой путь я должна пройти с ним
       Однажды во время спектакля "Иванов", где Людмила играла Полину Андреевну, она почувствовала сильную головную боль, ей стало нехорошо, и кто-то посоветовал положить под язык нитроглицерин, что привело к потере сознания. Вызвали "скорую". Увезли в больницу. Оказалось — спазм сосудов. Месяца полтора ушло на восстановление.
       — И вот мой Коля остался один, без меня, — рассказывает Людмила. — Для него это катастрофа. Он домой-то никогда не заходил, возвращаясь со съемок, если в окнах не было света, ездил на машине вокруг, ждал меня. И вот какой смешной случай произошел в больнице. Я лежу в палате, никакая. Смотрю, появляется мое солнышко. Оглядываю его — все ли в порядке? Ну, ничего, молодец, рубашечка глаженая, брючки... и тут взгляд мой останавливается. Кошмар! На нем один носок белый, другой черный. Бедненький ты мой, думаю, ну совсем потерялся без меня. Посмотрела на него: нет, надо срочно приходить в себя. Для всех домашних мое отсутствие — трудное испытание.
       Сейчас Коля говорит мне:
       — Ты единственная, ты все в моей жизни!
       — Коль, а если случится так, что ты не сможешь вернуться в театр?
       — Ну, что ж. Главное — быть с тобой.
       Конечно, мы сейчас по крупицам возвращаем его к прежней жизни, отвоевав у смерти первые сантиметры. При всей тяжести травмы он сохранил полностью свою индивидуальность, и все постепенно возвращается к нему.
       Многого уже удалось достичь: понемножку читает, смотрит телевизор, оценивает работу артистов. Коля всегда отличался благородством, всегда был рыцарем — после занятий с логопедом обязательно целует ей руку.
       Господи, говорю я ему, какое счастье, что у нас с тобой, Колечка, такая любовь в этой жизни, тебе легко и мне. Мне совсем не тяжело проходить все это с тобой заново и помогать, а ты не испытываешь никаких комплексов, потому что со мной легко и просто. Да и что тяжелого: живой, мой сладкий! Все говорит, все понимает. Я смотрю на него каждый раз: Господи, и это Счастье осталось со мной!
       Конечно, понимаю, что нам предстоит еще многое сделать (две операции впереди. — Г.Р.). Вернется ли он на сцену, будет ли сниматься? Этот вопрос для меня не стоит. Что он будет делать дальше — не загадываем. Знаю только одно: свой путь я должна пройти с ним рядом.
       
       Галина РОССИЙСКАЯ, актриса Рижского театра Русской драмы
       Материал предоставлен газетой "Телеграф" (Рига)
       
19.09.2005
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 69
19 сентября 2005 г.

Власть и люди
Трасса к новой резиденции Путина строится в трех метрах от жилых домов

Болевая точка
Стенограмма воспоминаний «Матерей Беслана» о встрече с президентом России Путиным. Часть II

Специальный репортаж
Первоклассник Павел Петрович Прощалыгин пошел в школу. Нужно ли говорить ему о Беслане?

Расследования
Тайна уничтожения Масхадова. Как и почему убили второго президента Чечни

Подробности
Общество российско-
чеченской дружбы атакуют по всем фронтам


Суд да дело
Освобождение Михаила Трепашкина было условным

Карантин в «Матросской Тишине»

На процессе по «делу 14 декабря» подсчитывают ущерб, нанесенный государству

Митинги.Ру
Играли в дымовые шашки…

Общество
«Открытая Россия» оказывает бесплатную социальную помощь

«Тимуровцы по-новому». Свободный проект, придуманный в тюрьме

Обстоятельства
Еще два наших самолета погибли в «войне против НАТО»

Экономика
Коктейль Хлопонина. Бензин пахнет кризисом

Депутаты отказываются регулировать цены на топливо

Цена закона
Грядут времена всеобщего дефицита на иностранный алкоголь

Новости компаний
Николай Павлов обвинил «Альфа-групп» в давлении на депутатов

Отдельный разговор
Дума довела себя до гротеска. Анализ первых результатов проекта «Демократический аудит России»

«Стародум» Станислава Рассадина
Дело не в шляпе. Кто и почему ругает интеллигенцию

Московский наблюдатель
Что стоит за полемикой между мэром Москвы и правительством России?

После выборов
Губернатор Дмитрий Аяцков ушел в историю

Краiна Мрiй
Госсекретарь Украины Олег Рыбачук: Список коррупционеров будет расширяться

Регионы
Кубанские фермеры хоронили надежды

Армия
«Ушел в партизаны. Целую, не скучай»

Технологии
Чипизация человека. А вам какое тело и почем?

Мир и мы
ФРГ «чувствует ответственность» за российских иммигрантов

За рулем
Корреспонденты «Новой» играли в доброго и злого водителей

Четвертая власть
VIII международный конкурс журналистов «Вопреки»-2005 принимает конкурсные работы

Люди
Философия свободного. 16 сентября Саше Цветкову могло бы исполниться 40 лет

Николай Караченцов возвращается к нормальной жизни

Спорт
Последнее интервью Николая Эпштейна. Городку и миру

Свидание
Прогулка с «оскароносцем» Александром Петровым по его родному Ярославлю

Исторический факт
Тайна Куликова поля. Против кого воевал Дмитрий Донской 625 лет назад?

Культурный слой
Московскую консерваторию могут лишить права выдавать дипломы государственного образца

Защита в луже. Доклад министра культуры РФ отправили на доработку

Библиотека
Рената Муха — переводчик с пингвиньего, кошачьего, туфельного…

Кинобудка
Мечтатели на Волге. Обзор провинциальных кинофестивалей

Медицина
Венная инженерия. Пиявки «работают» только под наблюдением специалиста

Реакция
Небо. Денежка. Самолет…

АРХИВ ЗА 2005 ГОД
97
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2005 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100