NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

НОБЕЛЕВСКИЙ КОМИТЕТ НАЗВАЛ ИМЕНА УЧЕНЫХ, КОТОРЫЕ РАЗДЕЛЯТ ПРЕМИЮ В ЕСТЕСТВЕННО-НАУЧНЫХ НОМИНАЦИЯХ
Физика — три, химия — три, физиология — два
       
Роберт Уоррен (слева) и Барри Маршалл.
    
       
Три естественно-научные номинации Нобелевской премии вполне независимы, и победившие в них работы редко имеют что-то общее между собой. В этом году такой признак нашелся: все работы-победительницы чрезвычайно классичны.
       
       
Присуждая премию по физиологии и медицине австралийцам Роберту Уоррену и Барри Маршаллу, Нобелевский комитет специально отметил, что в их работе важнейшие результаты были получены и доказаны при помощи самых обычных методов. Добавим: настолько обычных, что почти вся эта работа могла быть сделана еще в XIX веке.
       Она, собственно, отчасти и была сделана, когда в 1875 году немецкие микробиологи открыли бактерию, известную сегодня под именем Helicobacter pylori. В ней не было ничего необычного — кроме того, что она жила на внутренней поверхности человеческого желудка, в крепком растворе соляной кислоты и посреди беспощадных молекул пищеварительного фермента пепсина.
       Это открытие выглядело противоречащим всему, что микробиология знала о своих объектах. К тому же авторы не соблюли правила хорошего научного тона — не выделили чистую культуру открытой бактерии. О странном микроорганизме забыли на сто с лишним лет — пока в 1982 году Уоррен и Маршалл не выдвинули его на роль главного виновника гастрита и язвы желудка.
       Поначалу над австралийскими чудаками, объявившими язву инфекционной болезнью, просто смеялись. Однако вывод Уоррена и Маршалла опирался на ими же разработанную подробную гипотезу, объяснявшую, как Helicobacter ухитряется выжить в столь агрессивной среде. Основой его метаболизма является окисление мочевины до углекислоты и аммиака. Последний, как известно из школьного курса химии, ведет себя как слабая щелочь. В местах скопления бактерий он нейтрализует кислоту, одновременно лишая активности пепсин, способный работать только в кислой среде. Но хроническое искусственное изменение кислотности среды ведет к перерождению слизистой желудка и в конечном счете — к гастриту и язве.
       Эту гипотезу Уоррен доказал просто и изящно: испытуемый проглатывал таблетку мочевины, помеченной радиоактивным изотопом углерода. Уже через несколько минут этот изотоп обнаруживался в выдыхаемой испытуемым углекислоте — хотя за это время таблетка могла успеть дойти только до желудка. Науку ХХ века в этом опыте представляли только «меченые атомы», которых, конечно, не могло быть среди инструментов Пастера и Коха.
       Но это еще не доказывало патогенную роль бактерии — ведь ее носят в своих желудках примерно две трети человечества, а язвы и гастриты встречаются все-таки гораздо реже. Тогда Маршалл поставил другой опыт — и тоже абсолютно в духе XIX века: он намеренно ввел себе в желудок большую порцию чистой культуры Helicobacter и дождался развития несомненных клинических признаков гастрита. Который он затем успешно вылечил посредством антибиотиков.
       С середины 90-х годов «бактериальная» теория гастрита и язвы стала общепринятой в медицине. Хотя, конечно, она не отменила давно подмеченной связи между этими заболеваниями и хроническим стрессом.
       
       Органическая алхимия
Роберт Граббас       Как известно, главной целью средневековых алхимиков был философский камень — агент, позволяющий превращать любые вещества в любые другие. За много веков поиска алхимики его так и не нашли, зато заложили основы научной химии, доказавшей вскорости, что такой универсальной палочки-превращалочки нет и быть не может. Однако в химии органической нечто подобное неожиданно оказалось возможным. Француз Ив Шовен и американцы Ричард Шрок и Роберт Граббс получают Нобелевскую премию по химии за открытие и исследование так называемого метатезиса — химического механизма, возможности которого сопоставимы со свойствами философского камня.
       Допустим, мы хотим получить некое вещество, которого нет в природе, но состав и строение молекулы которого мы уже знаем. Мало того — у нас уже есть вещество, очень похожее на то, которое нам нужно. Надо только заменить в нем одну группу атомов (как правило, объединенных атомом углерода, входящим в «скелет» молекулы) на другую. И у нас есть еще одно вещество, содержащее эту самую нужную нам группу атомов. Однако заставить две молекулы поменяться своими частями (химики называют такие замены перегруппировками) нередко оказывается невозможным. Либо для этого нужно провести несколько десятков последовательных реакций. Ни в одной из них выход продукта не бывает стопроцентным, и до последней стадии добирается лишь ничтожная доля исходного вещества. Давней мечтой химиков было проводить перегруппировки напрямую, минуя бесконечные промежуточные стадии. Особенно дразнило то, что примеры таких реакций были известны с середины XIX века, но никто не мог объяснить, почему в одних случаях это можно сделать, а в других, гораздо более многочисленных, — нет.
Ричард Шрок       В 1971 году Ив Шовен, изучавший со своими сотрудниками некоторые реакции перегруппировки, выдвинул идею использовать для этой цели металлоорганический катализатор. И описал его промежуточное комплексное соединение с исходными веществами, которое затем должно распадаться на свободный катализатор и желаемые продукты. Это было типичное «открытие на кончике пера» — Шовен к тому времени не держал в руках такого чудо-катализатора.
       В дальнейшем критерии Шовена были уточнены другими учеными, и через несколько лет удалось создать реальные катализаторы такого типа — малоэффективные и капризные, но работавшие именно по описанному Шовеном механизму, который получил имя «метатезис» (по-русски его правильнее было бы звать метасинтезом). Первые приемлемые катализаторы для метатезиса — с вольфрамом, танталом, молибденом и ниобием — разработал к 1980 году Ричард Шрок. А в 1992 году Роберт Граббс создал рутениевый катализатор, стабильно работавший в атмосферном воздухе и разрывавший углеродный скелет только по кратным (двойным и тройным) связям. Он оказался настолько нужным и популярным, что метатезис даже стали называть «реакцией Граббса». Границы возможностей метатезиса, способного, кажется, получить что угодно из чего угодно, не выяснены и до сих пор.
       
       Свет и цвет
       Работы, удостоенные Нобелевской премии по физике, конечно, не могли быть не только выполнены, но и задуманы в XIX веке: они целиком основаны на идеях квантовой оптики и оперируют такими невообразимыми понятиями, как «отрицательная вероятность». Но и в них отчетливо ощущается дух «золотого века» науки, дающий о себе знать ясностью постановки задачи и дерзким желанием прямого измерения основ мира.
       Только после появления лазеров физика смогла создать приемлемую модель взаимодействия обычного света с веществом. Это сделал в 1963 году американец Рой Глаубер, сумевший учесть в ней как квантовые, так и релятивистские эффекты. Согласно модели Глаубера, сверхмалые количества света (несколько фотонов) ведут себя как нечто целостное, в котором судьба каждой части (фотона) влияет на состояние остальных. И потому воздействие таких групп фотонов на вещество закономерно отличается от того, что предписывает классическая квантовая теория. Глауберу удалось получить статистическое распределение таких отклонений. Возможно, эта задача, красиво поставленная и решенная, но чисто академическая, и не удостоилась бы Нобелевской премии, если бы много позже постулированный Глаубером эффект не оказался подходящей основой для квантовых вычислителей и квантовой криптографии — двух бурно развивающихся прикладных направлений.
       Лазерам, позволившим модели Глаубера родиться на свет, она тоже пригодилась. Дело в том, что кванты света, испускаемые лазером, все-таки не совсем одинаковы. Излучая, атомы не прекращают своего теплового движения, причем с неодинаковыми скоростями. Возникает эффект Допплера: волны от удаляющегося источника становятся длиннее, от приближающегося — короче (каждый из нас знает, как мгновенно меняется тон гудка пронесшегося мимо тепловоза). Конечно, скорости атомов несравнимо меньше скорости света, и влияние их движения на длину световой волны (а ею и определяется цвет излучения) ничтожно. Однако при особо точных измерениях оно становится заметным, ставя предел их точности.
       Но американец Джон Холл и немец Теодор Хенш, основываясь на модели Глаубера, сумели создать лазеры, в которых разброс длин световых волн, испускаемых разными атомами, сведен к минимуму. Такие лазеры позволили с невероятной прежде точностью измерять важнейшие физические величины — длину, время, скорость, фундаментальные мировые константы. Возможно, эти измерения уже в ближайшем будущем приведут к неожиданным открытиям.
       По решению Нобелевского комитета Рой Глаубер получит половину суммы премии. Джон Холл и Теодор Хенш разделят вторую половину.
       Пожалуй, работы всех нобелевских лауреатов этого года имеют еще одну общую черту. Все они могут служить иллюстрацией старой истины: нет ничего практичнее красивой теории.
       
       Борис ЖУКОВ
       
10.10.2005
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 75
10 октября 2005 г.

Специальный репортаж
В Республике Тува даже дети промышляют коноплей

Подробности
В «Открытую Россию» постучали. ОМОН против образовательных программ

Для адвоката Ходорковского сделают исключение

Суд да дело
Обвиняемых в убийстве трех мирных жителей Чечни оправдали. Повторно

Реакция
Дело «Курска». Личные счеты истца

Армия
Служить будут все. Долго и бесплатно

До начала массовой мобилизации молодежи осталось не больше двух лет

Военный гарнизон в Дорожном. Караулы будет разводить Шамиль Басаев?

Сколько придется убить ягнят, чтобы обеспечить генералов папахами?

Первые лица
Подготовка ко дню рождения президента в родном городе проходила в обстановке строгой секретности

Точка зрения
Алексей Полухин: Чиновники и политики наконец заговорили

Юлия Латынина: Некомпетентные органы — именно они правят Россией

Михаил Федотов. Кого представляют 42 члена Общественной палаты

«Тушите свет!»
Нефть в обмен на слепоту

Будка собкора

Волобойские вести

Митинги.Ру
Работники омской «скорой» грозят голодовкой

Бунт на колесах. 4000 автомобилей перекрыли улицы Владивостока

За рулем
Водителю, не пропустившему маму с коляской на «зебре», грозит штраф — 50 рублей

Общество
С кем воюют кубанские казаки?

Лиза Умарова: Буду петь скинам

Навстречу выборам
Конституционный суд рассмотрит право граждан агитировать против власти

«Паровоз», который втащит «Единую Россию» в Гордуму, сам окажется в тупике

Инострания
Европа выбрала нового комиссара

Экономика
Объем американских инвестиций в Россию будет возрастать

Регионы
Ижевские транспортники от бедности вышли в космос

В Саратове почти год не платят опекунские пособия

Отдельный разговор
Как продать свой ум и мысли?

Дипломы пишут как сказки

Сертификат пригодности. Карьера начинается не с вуза, а с его имени

Средний размер заработной платы выпускников вузов Москвы

Московский наблюдатель
Чьи движения будет повторять искусственная рука Москвы?

Проспект Медиа
Александр Орджоникидзе: Как развивать канал, мы еще посмотрим…

Кто стоит за покупкой «Московских новостей»?

Обнаружилась нехватка телеперсон

Четвертая власть
«Серебряный камертон» — конкурс для PR- и пресс-служб организаций и предприятий

Исторический факт
Как Владимир стал Солнышком. Черновик учебника другой истории России. Глава II

«Стародум» Станислава Рассадина
Урок элитературы. Наша «элита» живет по законам пародии

Культурный слой
Олег Басилашвили об отношениях власти и деятелей культуры

Наградной отдел
Нобелевский комитет назвал имена ученых, которые разделят премию в естественно-научных номинациях

Свидание
Космический странник Сергей Крикалев возвращается на Землю. Интервью с орбиты

Спорт
Кремль для лица. В Москву приехали звезды мирового тенниса

Егор Титов до и после игры с Люксембургом

Библиотека
Маленький человек — не только герой русской литературы, но и ее читатель

«Рок на Павелецкой». Часть II

Кинобудка
Открывается XXV фестиваль ВГИКа

Медицина
Как не выкинуть коленце

К сведению…
В Лондоне назвали лучшие спиртные напитки мира

АРХИВ ЗА 2005 ГОД
97
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2005 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100