NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

Олег БАСИЛАШВИЛИ:
«МЫ ДЛЯ НИХ БАЛАЛАЕЧНИКИ»
Об отношениях власти и деятелей культуры
       
(Фото — ИТАР-ТАСС)
    
       
Можно ли идти на компромисс с властью? Смотря на какой? И с какой властью? Чем можно жертвовать, а чем нельзя? Стоит ли интеллигенции с властью сотрудничать или она всегда должна быть в оппозиции? А может, ее место в стороне от общественной жизни, главное для нее — собственное дело? И вообще, где граница между конформизмом и толерантностью?
       Олег БАСИЛАШВИЛИ блестяще сыграл в кино по крайней мере двух конформистов — безобидного для окружающих (кроме самого себя, жены и любовницы) в «Осеннем марафоне» и опасного — в «Служебном романе».
       В раннеельцинские годы Басилашвили входил в Комиссию по культуре при Верховном совете, но от поста министра культуры отказался.
       Захотелось поговорить с ним об отношениях интеллигенции и власти сегодня.
       
(Фото — ИТАР-ТАСС)       — В советскую эпоху интеллигенты шли на компромиссы с властью, но при Сталине, например, на кону стояла жизнь или дело жизни. А теперь, мне кажется, конформистами становятся ради благосостояния.
       — Понимаете, я не могу конформиста причислить к лику интеллигенции. Раз он конформист, он уже не интеллигент.
       — Давайте назовем их деятелями культуры. Или творческой элитой. На ваш взгляд, как изменились сейчас отношения творческой элиты с властью?
       — Что меня смущает в последнее время, как, впрочем, смущало и всегда? Тот самый, мягко говоря, конформизм, о котором вы говорите. Да, он свойствен части нашей, скажем так, «элиты».
       Я не готов скопом обвинять тех, кто, например, подписал «письмо пятидесяти». Среди них есть люди, которые искренне так думают. Ну дай им бог здоровья, если они искренни.
       — Мне кажется, подписывать письмо можно только в защиту. Ну или против власти. А не против человека, который сидит в тюрьме, кто бы он ни был.
       Один режиссер отказался подписать это письмо, теперь его театр не вошел в список на гос-обеспечение, другой подписал — и его театр (куда менее популярный среди театралов) вошел.
       — К сожалению, так. Жалко, что власти не нужны люди, имеющие свою точку зрения.
       Вот когда в 38-м году клеймили Мейерхольда, Станиславский устроил его в свой театр. Хотя они были непримиримыми соперниками. Этот поступок мог стоить ему жизни. А другие в это время аплодировали расправам над «врагами народа».
       — Тогда были страшные времена. А сейчас-то чего аплодируют?
       — Зарабатывают хлеб таким образом. А может, это такая любовь к своему театру? Не знаю.
       — Раньше все-таки и мотивы, и цели были идеологические, а теперь, по-моему, все свелось к обогащению.
       — Это результат того, что всю жизнь нам говорили: бытие определяет сознание. Это ложь. Задача интеллигенции, тех самых людей, у которых нравственный императив существует внутри, — разбудить его у всех остальных.
       — А как? Хорошо делать свое дело — и все?
       — Существуют кризисные моменты, когда невозможно стоять в стороне. Во время путча 1991 года Лия Ахеджакова появилась на экране телевизора и призвала, чтобы, не дай бог, не пролилась кровь. А Ярмольник и Ширвиндт сказали: нечего нам в это лезть. Я их не понимаю.
       — А сейчас кризисный момент?
       — Мне кажется, нет. Сейчас момент полувозврата назад. Если б мы хотели жить по-новому, мы должны были бы осудить прежнюю идеологию. Этого не произошло. Наверное, еще рано. Поэтому начинать надо с себя. Работники культуры — от сельского библиотекаря до директора Эрмитажа — ответственны перед народом. Раз ты интеллигент, ты должен делать что-то, чтобы люди вокруг тебя менялись в лучшую сторону.
       Вот я вижу представителя творческой элиты, который рассказывает, как он провел отпуск на Канарах и какие пять машин он себе купил. И я понимаю, что думает об этом Матрена, которая живет в деревне, в разрушенной избе, где нет ни канализации, ни водопровода. Конечно, если у тебя есть миллион, не нужно врать, что у тебя его нет. Но в нормальных странах неприлично ездить на шикарной машине, потому что вокруг люди беднее, а если ты все-таки на ней ездишь — значит, хочешь выпендриться.
       Ну вот смотрите: допустим, я снялся в кино и заработал большие деньги. И вот лежат часы «Ролекс» с бриллиантами. И я могу их купить. У меня в кармане — честно заработанные деньги. А могу купить просто хорошие часы, которые точно ходят. Простейший экзамен.
       Если я житель Нью-Йорка, артист вроде Аль Пачино, и у меня 15 миллиардов долларов, и я хочу другому артисту, допустим Дастину Хоффману, утереть сопли — я покупаю часы с бриллиантами, иду с ним пить кофе и сижу перед ним, подперев рукой с часами щеку. Это детское желание прихвастнуть я еще как-то могу понять. Но если я делаю это в России, где большинство людей живут за гранью бедности, это неприлично.
       — Значит, интеллигенты должны быть скромными?
       — Не только. Ну что толку ходить, скромно сгорбившись, с авоськой? Ходишь и ходишь… Нет, основная их функция — быть самими собой. Например, со сцены разбудить у зрителя лучшие чувства. Главная ответственность — в сфере профессиональной деятельности.
       — Хорошо — вот конформизм в профессиональной деятельности: молодой актер, чтобы заработать на жизнь, идет сниматься в халтурном сериале.
       — А куда деваться? Самая высокая ставка у актера по 18-й категории — 3600 рублей. А если у него жена, ребенок… Голым пробежать в кадре — да ради бога, лишь бы заработать.
       — А это отражается на таланте, это в ущерб дару?
       — Несомненно. Вспомните «Портрет» Гоголя: был талантливый художник Чертков, стал модным, вроде Глазунова или Шилова, и талант свой потерял. Это вечная проблема выбора. Вот недавно замечательный артист Шакуров прекрасно сыграл роль Брежнева. Но я смотрю: он сыграл симпатичного, отягощенного старостью человека, который понимает все проблемы, но не может уже ничего сделать.
       — Вызывает сочувствие.
       — Да, так и был написан сценарий. Я это знаю, потому что мне предлагали эту роль, я от нее отказался. Потому что у меня сочувствия к Брежневу нет: при нем были психушки, при нем издевались над Сахаровым, при нем была афганская война… Несмотря на то, что он, возможно, был прекрасным семьянином. Если Шакуров разделяет мнение сценаристов — честь ему и хвала, он хорошо сыграл. Иначе это тот самый конформизм. Вот тут громадная ответственность лежит на каждом из нас.
       — Вы говорите о профессиональной деятельности. А в общественной жизни творческие люди должны участвовать?
       — Чехов неоднократно говорил: не должен художник вмешиваться в государственные дела. Но в деле Дрейфуса он принял самое горячее участие. Он поругался со своим ближайшим другом Сувориным, потому что тот повел себя как ярый антисемит. Есть предел.
       — Пушкин хотел советовать царю. Можно интеллигенту быть советником у правителя и сотрудничать с властью? Или интеллигенция всегда должна быть в оппозиции?
       — Я думаю, задача деятелей культуры — быть всегда в оппозиции. Потому что культура призывает к некоему абсолюту свободы. А любое государство, даже самое развитое, все равно свободу давит в той или иной степени. Найдите настоящего русского писателя, художника, который не был бы в оппозиции. Во внутренней, по крайней мере. Он мог улыбаться, брать ордена, танцевать на балах, но все равно он был выше. Начиная с Тредиаковского, который задницу целовал царям, а писал вещи, за которые его били по морде, и кончая, допустим, Твардовским, который был типичным представителем компартии, но в то же время находился к ней в оппозиции.
       — Значит, сотрудничать с властью не надо?
       — Смотря какая власть. Если взять, например, горбачевско-ельцинский период (первые годы), когда власть делала то, к чему стремилась долгие годы вся интеллигенция, то, конечно, нужно сотрудничать.
       — А сейчас?
       — А сейчас я не знаю.
       — Президент часто вручает ордена и медали, в том числе деятелям культуры. Безобидно ли это? Должен ли от этого отказываться человек, не согласный с его политикой?
       — Деятель культуры, который чувствует нравственную неправоту вышестоящего товарища, получать из его рук награду — нет, не должен. Но такой поступок требует не только мужества…
       — Нужно, чтобы его самого не в чем было упрекнуть?
       — Да.
       — Сотрудничество с властью влияет на творчество?
       — Вот возьмите горбачевский период — самое начало. Какие возникали спектакли интересные! Или фильмы. Стали публиковать запрещенное. Горбачев все это поддержал, ибо его устремления совпадали, как нам казалось, с нашими.
       Когда пришел к власти Ельцин, мы его поддержали. Нам казалось, что его устремления тоже совпадают с нашими. Каков результат? Назовите мне яркое произведение театра, созданное в этот период. Были хорошие спектакли. Ярких — нет. Почему?
       Все-таки творческая интеллигенция волей-неволей всегда с чем-то борется. Какой-то существует враг, которого она должна либо показать, либо развенчать, либо вызвать к нему презрение.
       — Интеллигенция устанавливает нормы?
       — Да, а тут нам показалось, что это и есть норма. И все пропало. Ни в живописи, ни в литературе — ни одного великого произведения за это время. Как будто бы смыло все. Потому что интеллигенция сказала: да! Мы вам верим! Мы вас поддерживаем! Вспомните Съезд народных депутатов СССР. Вся интеллигенция там — и Евтушенко, и Айтматов, и Адамович, и Карякин… В результате — почти ни одного достижения в сфере искусства.
       А как только определяется нечто, что мешает нам на пути к этой свободе, тогда в искусстве что-то начинает возникать, чтобы расшатать ту препону, которая нам мешает. Это даже не задача, это внутренняя потребность подлинно творческого человека.
       — Вам не кажется, что сейчас внутренней свободы меньше?
       — Потому что гораздо удобнее жить, одобряя все, что происходит вокруг. Все нормально, моя совесть чиста — удобнее.
       — Вот халтурные сериалы — это же попса. А попса крайне конъюнктурна и выполняет заказы власти. Чтобы прокормиться, молодой актер идет сниматься в халтуре. Можно ли считать это косвенным сотрудничеством с властью?
       — Да. Цой, например, мог петь «Ландыши» и иметь приличные бабки, а он работал в котельной и пел настоящее. Он же не знал, что это кончится славой, но он нашел в себе силы — значит, он талант. А если молодой артист, чтобы прокормить семью, не идет в котельную, а идет на потребу — значит, не такой он талант.
       — Вы согласны, что сниматься в халтуре — играть на руку власти?
       — Да. Сейчас одна из задач власти — снять политическое напряжение и попытаться заставить население не задумываться о важных вопросах, за них все решат власть имущие, а им чтоб было весело и хорошо.
       Вот передо мной сейчас стоит вопрос. Мне предлагают сниматься в одном сериале о временах Павла I. Жидомасоны и так далее. Сниматься или нет? Мне говорят: мы вам хорошо заплатим. Я должен играть масона, который плетет против России козни. Волей-неволей я буду произносить слова: мы хотим Россию погубить и т.п. И зрители подумают: вот где корни, вот откуда пошло. Соглашаться?
       — Мы говорили об одной стороне отношений творческих людей с властью. Но есть и другая. Государство должно помогать культуре?
       — Вот есть в Москве Театр Антона Чехова под руководством Трушкина. Он работает без государственных дотаций и без спонсоров, живет только за счет продажи билетов. И наблюдается грустная тенденция: если он начинал с «Вишневого сада», «Сирано» и «Гамлета», то сейчас вынужден думать, как развлечь зрителя. Помощь нужна. Когда я работал заместителем председателя Комиссии по культуре при Ельцине, мы решили, что необходимо развивать меценатскую деятельность в России. Нужны меценаты.
       Если снизить тем, кто занимается меценатской деятельностью, налоги, то им станет выгодно поощрять искусство. В готовящейся театральной реформе это не предусмотрено. Значит, большинство театров кидают. Значит, они будут вынуждены заниматься искусством на потребу. Или прекратят свое существование.
       Но только культура может спасти страну.
       — Тогда как вы относитесь к идее Лихачева, что необходима не только декларация прав человека, но и прав культуры, — то, о чем он говорил перед смертью? Ведь понятие прав культуры шире — они касаются не только живых, и права человека в них входят.
       — Это была моя идея! Я носился с ней, когда работал в Комиссии по культуре при ельцинском Верховном совете. Надо было так ее написать, чтобы зажечь сердца. Я думал: к кому обратиться? Наконец нашел Карякина. Он воспламенился, но потом не сделал — болел. Одновременно я говорил о ней с Лихачевым. И он ее написал. И декларация издана. Лихачев мечтал, чтобы ее подписали в ООН. Но никто о ее существовании не знает.
       —?!
       — И вот два года назад было 300-летие Петербурга. И у нас в Зимнем дворце, в большом тронном зале безумной красоты, было собрание всех губернаторов России — от Чукотки до Калининградской области — во главе с президентом, посвященное только культуре. Я был приглашен. Было все красиво, торжественно, произносили много важных слов. Я попросил слово. Владимир Владимирович мне его предоставил, за что ему спасибо. Я был краток. Я достал эту декларацию и сказал: «Если бы вы прочли ее, то надобность в этом совещании отпала бы, потому что здесь написано все». И процитировал последнюю фразу декларации: «Существование государств и целых народов вне культуры бессмысленно. Академик Лихачев». И все — сел.
       Кто-нибудь ко мне подошел? Всем было наплевать! И это на таком высоком уровне — все были там. Министр культуры не подошел, Губенко сидел рядом со мной — не попросил даже посмотреть. Как сказал министр Иванов? «Эти балалаечники будут у меня служить в армии». Мы для них — балалаечники.
       
       Екатерина ГЛИКМАН, Санкт-Петербург
       
10.10.2005
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 75
10 октября 2005 г.

Специальный репортаж
В Республике Тува даже дети промышляют коноплей

Подробности
В «Открытую Россию» постучали. ОМОН против образовательных программ

Для адвоката Ходорковского сделают исключение

Суд да дело
Обвиняемых в убийстве трех мирных жителей Чечни оправдали. Повторно

Реакция
Дело «Курска». Личные счеты истца

Армия
Служить будут все. Долго и бесплатно

До начала массовой мобилизации молодежи осталось не больше двух лет

Военный гарнизон в Дорожном. Караулы будет разводить Шамиль Басаев?

Сколько придется убить ягнят, чтобы обеспечить генералов папахами?

Первые лица
Подготовка ко дню рождения президента в родном городе проходила в обстановке строгой секретности

Точка зрения
Алексей Полухин: Чиновники и политики наконец заговорили

Юлия Латынина: Некомпетентные органы — именно они правят Россией

Михаил Федотов. Кого представляют 42 члена Общественной палаты

«Тушите свет!»
Нефть в обмен на слепоту

Будка собкора

Волобойские вести

Митинги.Ру
Работники омской «скорой» грозят голодовкой

Бунт на колесах. 4000 автомобилей перекрыли улицы Владивостока

За рулем
Водителю, не пропустившему маму с коляской на «зебре», грозит штраф — 50 рублей

Общество
С кем воюют кубанские казаки?

Лиза Умарова: Буду петь скинам

Навстречу выборам
Конституционный суд рассмотрит право граждан агитировать против власти

«Паровоз», который втащит «Единую Россию» в Гордуму, сам окажется в тупике

Инострания
Европа выбрала нового комиссара

Экономика
Объем американских инвестиций в Россию будет возрастать

Регионы
Ижевские транспортники от бедности вышли в космос

В Саратове почти год не платят опекунские пособия

Отдельный разговор
Как продать свой ум и мысли?

Дипломы пишут как сказки

Сертификат пригодности. Карьера начинается не с вуза, а с его имени

Средний размер заработной платы выпускников вузов Москвы

Московский наблюдатель
Чьи движения будет повторять искусственная рука Москвы?

Проспект Медиа
Александр Орджоникидзе: Как развивать канал, мы еще посмотрим…

Кто стоит за покупкой «Московских новостей»?

Обнаружилась нехватка телеперсон

Четвертая власть
«Серебряный камертон» — конкурс для PR- и пресс-служб организаций и предприятий

Исторический факт
Как Владимир стал Солнышком. Черновик учебника другой истории России. Глава II

«Стародум» Станислава Рассадина
Урок элитературы. Наша «элита» живет по законам пародии

Культурный слой
Олег Басилашвили об отношениях власти и деятелей культуры

Наградной отдел
Нобелевский комитет назвал имена ученых, которые разделят премию в естественно-научных номинациях

Свидание
Космический странник Сергей Крикалев возвращается на Землю. Интервью с орбиты

Спорт
Кремль для лица. В Москву приехали звезды мирового тенниса

Егор Титов до и после игры с Люксембургом

Библиотека
Маленький человек — не только герой русской литературы, но и ее читатель

«Рок на Павелецкой». Часть II

Кинобудка
Открывается XXV фестиваль ВГИКа

Медицина
Как не выкинуть коленце

К сведению…
В Лондоне назвали лучшие спиртные напитки мира

АРХИВ ЗА 2005 ГОД
97
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2005 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100