NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

СИЛЫ БЫСТРОГО РЕФОРМИРОВАНИЯ
Год после Беслана. Структурная реформа, которой подверглись российские спецслужбы, поможет эффективнее «отвечать» террористам, но не предотвращать готовящиеся теракты
       
"Сегодня вы командир?" (Фото — EPA)       
Реформирование спецслужб — неизбежное следствие масштабных терактов. Теракты 11 сентября 2001 года в Соединенных Штатах привели к самой крупной реформе разведсообщества США за всю их историю, а взрывы 14 марта 2004-го в Мадриде — к перестройке испанских силовых ведомств. Эти реформы, как правило, затрагивают все три компонента системы предотвращения террористических атак: сбор информации о готовящихся терактах, обмен этой информацией между заинтересованными службами (координация действий), преследование террористов, включая ликвидацию каналов финансирования и доставки оружия.
       Сегодня мы публикуем первую часть неправительственного доклада, посвященную реформированию российских спецслужб, отвечающих за борьбу с терроризмом.
     
       
Прорыв боевиков в Ингушетию (июнь 2004 года) и захват заложников в Беслане (1—3 сентября 2004 года) совпали с периодом реформ в МВД и ФСБ, которые, в свою очередь, проходили в рамках административной реформы правительства РФ. Кроме того, сразу после Беслана президент Владимир Путин фактически приказал учесть при реформировании этих ведомств опыт трагедии в Северной Осетии, подписав Указ № 11671 «О неотложных мерах по повышению эффективности борьбы с терроризмом». Согласно указу, правительству РФ, силовым министерствам и ведомствам было поручено «в двухнедельный срок разработать и представить предложения по созданию новой системы взаимодействия сил и средств, участвующих в урегулировании ситуации на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации, и по созданию системы предотвращения и ликвидации кризисных ситуаций на территории Российской Федерации».
       К весне 2005 года структурные реформы МВД и ФСБ по большей части были закончены. Согласно принятому в 1998 году закону «О борьбе с терроризмом», субъектами, непосредственно осуществляющими борьбу с терроризмом, в России являются ФСБ, МВД, Служба внешней разведки, Федеральная служба охраны и Министерство обороны. На самом деле вплоть до 2003 года основная роль в борьбе с терроризмом принадлежала ФСБ.
       В 2003 году МВД стало вторым полноправным участником борьбы с терроризмом.
       На Северном Кавказе: в июле 2003 года руководство Региональным оперативным штабом (РОШ) по проведению контртеррористической операции на Северном Кавказе было передано от ФСБ к МВД.
       На федеральном уровне: в августе 2003 года в МВД был создан антитеррористический Центр «Т» (в составе Главного управления по борьбе с организованной преступностью (ГУБОП).
       В результате задачи антитеррористических подразделений МВД и ФСБ стали пересекаться, но при этом не был создан координирующий центр между ведомствами, в рамках которого осуществлялся бы обмен информацией о готовящихся террористических атаках.
       В антитеррористических же подразделениях произошли следующие изменения.
       В Министерстве внутренних дел. ГУБОП преобразован в департамент по борьбе с организованной преступностью и терроризмом МВД России (ДБОПиТ). В оперативное подчинение ДБОПиТ переведены, кроме Центра «Т», Центр специального обеспечения (Центр «С») и отряд милиции специального назначения «Рысь».
       В Федеральной службе безопасности. Департамент по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом переименован в Службу. Назначен новый руководитель — Александр Брагин.
       Кроме того, 27 июля 2005 года был назначен новый командующий Объединенной группировкой войск на Северном Кавказе — ОГВ возглавил заместитель главнокомандующего ВВ МВД Евгений Лазебин. Это уже второй командующий ОГВ из внутренних войск. Таким образом, вторая структура по координации действий силовых ведомств в борьбе с террористами на Северном Кавказе также находится под контролем МВД.
       
       
Таким образом, реформирование антитеррористических подразделений было косметическим (в ФСБ департамент переименован в службу, в МВД главное управление — в департамент). Передача ответственности за ситуацию на Северном Кавказе МВД и его войсковым подразделениям стала положительным шагом в борьбе с незаконными вооруженными формированиями, но не в обнаружении террористов. Тактика использования полицейских сил с тяжелым вооружением не может обеспечить уничтожение законспирированных ячеек террористических групп. Для этого внутренние войска не обладают ни соответствующим опытом, ни возможностями агентурной разведки. Разведподразделения ВВ действуют только в интересах разведки тактической и не в состоянии решить задачу агентурного проникновения в террористические группы.
       Подобную стратегию долгое время использовали британцы в Северной Ирландии. До конца 70-х основная ответственность за борьбу с террористами в Северной Ирландии была возложена на армейские патрули, военную разведку и местную полицию Royal Ulster Constabulary (RUC). Контрразведка MI5 практически не действовала в регионе, рассматривая эту территорию как колонию и имея там лишь одного офицера связи.
       Количество терактов в Великобритании стало снижаться только после того, как в 1992 году главным ведомством по борьбе с террором была назначена контрразведывательная служба MI5.
       
       Изменения в действиях спецслужб
       До августа 2004 года в случае захвата заложников или проведения терактов другого рода предполагалось, что руководителем оперативного штаба должен быть начальник областного (республиканского) Управления ФСБ (или начальник местного ГУВД, если целью захвата является получение денежных средств).
       На деле этот принцип не соблюдался:
       Во время захвата заложников в Буденновске (июнь 1995 года) оперативный штаб сначала возглавил министр внутренних дел Виктор Ерин, директор ФСБ Сергей Степашин исполнял обязанности заместителя, а несколько позже штаб возглавил заместитель министра внутренних дел генерал-полковник Михаил Егоров.
       Во время захвата заложников в Кизляре и Первомайском (январь 1996 года) оперативным штабом руководил заместитель министра внутренних дел Павел Голубец.
       Во время захвата заложников в поселке Лазаревское под Сочи (сентябрь 2000 года) оперативный штаб возглавляли заместитель директора ФСБ Герман Угрюмов и замминистра МВД Владимир Козлов.
       Во время захвата заложников в Театральном центре на Дубровке (октябрь 2002 года) оперативный штаб возглавил замдиректора ФСБ Владимир Проничев (соруководитель штаба — замминистра внутренних дел Владимир Васильев).
       То есть во всех случаях ответственность на себя брали чиновники в должности не ниже заместителя руководителя силового ведомства.
       Этот принцип был изменен после вторжения боевиков в Ингушетию (21—22 июня 2004 года). В августе 2004 года в Южном федеральном округе были созданы новые подразделения — Группы оперативного управления (ГрОУ), которые возглавили полковники внутренних войск. Было заявлено, что ГрОУ — это постоянно действующие специальные органы, предназначенные для непосредственного управления объединенными силами и средствами, выделенными для пресечения диверсионно-террористических акций, а также ликвидации их последствий. Они включают в себя подразделения ВВ МВД, ОМОНа, Министерства обороны, ГО и ЧС. В случае захвата заложников или вторжения боевиков командир ГрОУ автоматически становится руководителем оперативного штаба, и он вправе принимать решения без согласования с Москвой. При этом имена командиров ГрОУ засекречены.
       Примечательно, что во время событий в Беслане руководитель ГрОУ Северной Осетии-Алании уже был назначен. Однако его роль в действиях оперативного штаба была сведена к нулю. В Беслане оперативным штабом формально руководил начальник местного Управления ФСБ Валерий Андреев, при этом в штабе присутствовали два заместителя директора ФСБ — Проничев и Анисимов, а также начальник Центра «Т» МВД Демидов. Таким образом, впервые за историю российских кризисов с захватом заложников вся ответственность была переложена на плечи региональных силовых структур.
       После штурма школы в Беслане принцип главенства ГрОУ (никак не обозначенный во время этого кризиса) был упрочен. Проведены многочисленные учения как в Северной Осетии, так и в других регионах Южного федерального округа: только в 2004 году Группы оперативного управления провели 12 тактико-специальных учений. К концу 2004 года в состав групп вошли 19 тысяч военнослужащих различных силовых министерств.
       Во время событий в Нальчике 13 октября 2005 г. командир местной ГрОУ командовал операцией только первые четыре часа (с 9 утра до 13.00). После этого ответственность на себя принял прилетевший в город командующий внутренними войсками Северо-Кавказского округа генерал-лейтенант Евгений Внуков.
       В феврале 2005 года система ГрОУ была подвергнута резкой критике со стороны полпреда президента в Южном федеральном округе Дмитрия Козака. По данным газеты «Коммерсантъ», Козак подготовил проект указа президента России, в соответствии с которым руководство штабами по борьбе с терроризмом в регионах должно перейти к руководителям региональных управлений ФСБ.
       Однако до сих пор этот указ не подписан.
       
       
Но делегирование ответственности на случай новых кризисов с захватом заложников местным властям и местным силовым структурам (губернаторам и командирам ГрОУ) фактически не имеет аналогов в развитых государствах.
       В США зоны ответственности распределяются следующим образом: местная полиция отвечает за разрешение кризисов при криминальных происшествиях (захват заложников при ограблении банков и т.п.). За разрешение террористических кризисов отвечает подразделение ФБР Hostage Rescue Team (FBI HRT), шеф HRT становится руководителем оперативного штаба. Таким образом, федеральные власти всегда несут ответственность за террористические атаки.
       Таким образом, использование ГрОУ как центра по принятию решений во время кризисов, подобных Беслану, при неясных тактических перспективах, фактически приведет лишь к перекладыванию ответственности с федеральных властей на местные властные и силовые структуры за возможный провал.
       
       Изменения в системе сбора информации
       23 июня 2005 года начальник Управления по борьбе с международным терроризмом ФСБ России Юрий Сапунов заявил, что в первом квартале 2005 года ФСБ предотвратила более 70 терактов. Однако в отсутствие более конкретных данных не представляется возможным проверить эту информацию.
       Между тем, насколько известно, подразделения Службы по борьбе с терроризмом ФСБ, ответственные за получение информации о готовящихся терактах, структурно не претерпели за прошедший год существенных изменений. Реформы затронули только регион Северного Кавказа.
       К лету 2004 года на Северном Кавказе действовали несколько подразделений ФСБ центрального подчинения, ответственные за сбор информации о террористических группах. Руководители этих структур входят в состав Регионального оперативного штаба по проведению контртеррористической операции (РОШ). Это оперативное управление ФСБ по координации проведения контртеррористических операций, оперативно-координационное управление по Северному Кавказу ФСБ (ОКУ), временная оперативная группа Управления военной контрразведки ФСБ в Северо-Кавказском регионе (ВОГ УВКР ФСБ РФ в СКР).
       Кроме того, на территории Северного Кавказа действуют территориальные органы ФСБ, а также подразделения ГРУ ГШ и МВД. Координация этих структур носила фрагментарный характер.
       После захвата заложников в Беслане в системе произошли существенные изменения. 25 ноября 2004 года член парламентской комиссии по расследованию захвата школы в Беслане Валерий Дятленко заявил: «Внутри контртеррористической группировки отныне функционирует специальная разведывательная служба, которая объединяет усилия всех субъектов оперативно-разыскной деятельности — ФСБ, МВД и военной разведки — ГРУ».
       Судя по заявлению Дятленко, речь идет не о сборе разведывательной информации о намерениях террористов, в том числе и о готовящихся терактах, а о тактической развединформации, позволяющей вычислить местоположение боевиков. То есть фактически это задачи войсковой разведки. Этот тезис подтверждает и тот факт, что командиром новой разведслужбы назначен один из заместителей командующего Объединенной группировки войск (ОГВ), офицер внутренних войск МВД. Следовательно, основная задача по сбору информации о готовящихся терактах пока не решена.
       
       Развертывание сил
       Внутренние войска МВД. Осенью 2004 года началось развертывание штатов дислоцированных на Северном Кавказе частей ВВ.
       В июне 2005 года главком ВВ МВД генерал-полковник Николай Рогожкин заявил, что до 2006 года руководство контртеррористической операцией в Чечне полностью перейдет к внутренним войскам. Было озвучено, что к началу 2006 года закончится переход ВВ к ранее существовавшей дивизионно-полковой структуре вместо действующей сейчас бригадно-батальонной. Там, где дислоцирован батальон численностью в 600 человек, будет размещен полк в две тысячи человек.
       Дополнительные силы внутренних войск будут переброшены в Краснодарский край, Дагестан, Карачаево-Черкесию, Кабардино-Балкарию и Калмыкию. Кроме того, все военные комендатуры МО РФ, действующие в горных районах — Веденском, Ножай-Юртовском, Итум-Калинском и Шатойском, — будут переданы под управление Главного штаба ВВ МВД РФ.
       Был изменен принцип командования внутренними войсками. В июне 2005 года президент Владимир Путин подписал указ, утвердивший положение об оперативно-территориальном объединении ВВ МВД. Во внутренних войсках появилась новая военно-административная единица — региональное командование.
       Первые командования внутренних войск будут созданы на базе существующих сейчас управлений ВВ во всех регионах Северного Кавказа, за исключением Адыгеи и Калмыкии. Им вменяется в обязанность проведение контртеррористических операций собственными силами, без привлечения подразделений и частей Минобороны.
       Министерство обороны. Численность войск Минобороны РФ в Северо-Кавказском регионе также растет. В Бамуте, Ведено, Шатое будут действовать подразделения армейского спецназа и ротные тактические группы из состава 42-й мотострелковой дивизии. В Ботлихе на границе с Чечней и Грузией к 2006 году будет развернута горно-стрелковая бригада, аналогичная бригада появится в Карачаево-Черкесии.
       Федеральная служба безопасности. Группировка сил ФСБ на Северном Кавказе также увеличивается прежде всего за счет наращивания сил Пограничной службы ФСБ.
       В июле 2004 года Пограничная служба перешла от линейного принципа охраны госграницы к регионально-объектовому. В рамках этой реформы в августе 2004 года было создано Региональное пограничное управление по Южному федеральному округу (РПУ ФСБ РФ по ЮФО) со штабом в Ростове.
       В состав РПУ ФСБ по ЮФО вошли пять пограничных управлений. Кроме того, на базе Аргунского погранотряда создается Пограничное управление по Чеченской Республике. Это будет самое многочисленное РПУ в стране: в состав управления вошли более 40 частей и соединений.
       В июне 2005 года на специальном совещании начальников органов безопасности ЮФО было принято решение о создании новых пограничных постов на границах Северо-Кавказского региона.
       
       
Комментируя реформу во внутренних войсках, главком ВВ МВД генерал-полковник Николай Рогожкин заявил, что прежние организационно-штатные изменения заставили отказаться от тяжелой боевой техники, что не всегда было оправдано. Таким образом, использование танков при штурме зданий в городских условиях, как это происходило зимой 2004—2005 гг., видимо, будет продолжено.
       При построении новой системы борьбы с терроризмом республиканским (территориальным) управлениям ФСБ в Южном федеральном округе отведена подчиненная роль. Между тем сегодня это единственные подразделения в силовых структурах, которые в состоянии вести агентурную работу в регионе.
       Таким образом, в результате структурных реформ российских силовых ведомств в течение 2004—2005 гг. изменилась система борьбы (читай — уничтожения) с вооруженными формированиями на Северном Кавказе, но не система предотвращения и предупреждения террористических атак на территории России.
       
       
МНЕНИЕ ЭКСПЕРТОВ
       
       Валерий ДЯТЛЕНКО, заместитель председателя Комитета ГД по безопасности, член парламентской комиссии по Беслану. С 1995 г. по июнь 2003 года — начальник УФСБ по Ростовской области:
       — Прежде всего, говорить серьезно о каких-то реформах в ФСБ за этот период, наверное, неправильно. В ФСБ произошли внутренние изменения: в сфере наименований, соподчинения. Структура не поменялась. Да, в Штатах была крупнейшая реформа, когда в рамках одного министерства создали аналог КГБ, в Испании тоже произошли серьезные изменения. У нас таких изменений не было. В Ингушетии и Беслане произошло то, о чем Патрушев говорил, выступая в Думе: алгоритм действий не соответствовал тем вызовам, которые реально перед нами поставили террористы. С моей точки зрения, выход один — борьба с терроризмом должна быть только в одних руках.
       — У нас два департамента по борьбе с терроризмом: один в ФСБ, другой в МВД, и каждый чем-то занимается…
       — Необходимо, чтобы было понятно, кто и чем занимается. Если говорить о Чеченской Республике, о наведении там порядка, то, конечно, это дело МВД. А если говорить о предотвращении терактов — конечно, это функция ФСБ. И в принципе ФСБ должна быть головной в системе управления.
       — Но сейчас на Кавказе за все отвечает МВД.
       — Если говорить о борьбе с терроризмом, то есть две составляющие. Первое — это все, что касается так называемого полицейского режима. Вот на сегодняшний день РОШ — это структура, которая обеспечивает полицейский режим: защиту граждан, охрану порядка, контроль за оружием. Это все милицейская работа, и поэтому этим занимается МВД. Но стратегическая работа должна быть в руках ФСБ.
       — В рамках чего?
       — Вот сейчас об этом и идет речь. Есть несколько идей. В частности, рассматривается вопрос о создании так называемого Национального антитеррористического комитета как структуры, отвечающей за борьбу с терроризмом.
       — Это будет спецслужба?
       — Да, как вертикаль. Это один из вариантов, который обсуждается.
       — А создание Групп оперативного управления является адекватным ответом террористам?
       — Замысел тут в том, чтобы в каждом регионе создать постоянно действующий орган, который ежедневно бы получал информацию из всех ведомств и прогнозировал возможные события. То есть начальник УФСБ, получив информацию, должен говорить: вот информация для ГрОУ, чтобы там ее оценили и проверили.
       — Но мы же с вами прекрасно понимаем, что полковник внутренних войск к оценке и прогнозированию угроз неспособен. Это работа для руководителей местных УФСБ.
       — У нас ведь в чем проблема. Происходит захват или диверсия — cразу возникает вопрос, кто чем занимается. И вот теперь есть ответ: во всех случаях на первых порах всем занимается ГрОУ. У них есть силовая составляющая, которую можно поднять по тревоге.
       — То есть когда уже что-то случилось?
       — Да, когда случилось. И прогнозировать возможные угрозы.
       — Понятно, как должны действовать ГрОУ после того, как случилась атака, но неясно, как они могут что-то прогнозировать. Все равно это задача местных УФСБ, только они обладают агентурой и т.п.
       — Тут, конечно, есть вопрос профессионализма… Но ведь ГрОУ всю информацию получают из УФСБ и на основе этого принимают решения.
       
       Виктор ИЛЮХИН, заместитель председателя Комитета ГД по безопасности:
       — Конечно, определенные выводы после Беслана были сделаны. Были усилены требования к сотрудникам ФСБ и МВД в целом. Государственная Дума вместе с правительством нашла возможность дополнительно профинансировать силовые структуры.
       Но эта реформа дала положительный результат только в плане пресечения уже развивающихся или уже начавшихся террористических проявлений. Мы не получили пока весомого результата в плане предупреждения терроризма на более ранней стадии. Пока мы не имеем достаточной оперативной осведомленности.
       — Создается впечатление, что основную роль в борьбе с терроризмом теперь играют внутренние войска. Это правильно?
       — Когда Путин объявил, что офицеры ВВ будут возглавлять эти группы (ГрОУ), я сказал, что это очередная ошибка. Внутренние войска агентурной работе не обучены. Здесь должны работать специалисты. ВВ не имеют права проводить оперативно-разыскные мероприятия, если только министр внутренних дел не вводит своих сотрудников в группы ВВ. А если они не имеют права проводить ОРД (оперативно-разыскную деятельность), то не будет предупреждения. Я считаю, что всю ответственность сегодня, по крайней мере в плане агентурной работы и координации, должна брать на себя ФСБ. И вот здесь, на мой взгляд, было бы достаточно указа президента, что Патрушев является руководителем координационного центра, в который входят министр внутренних дел, главком ВВ и т.д., а вся информация аккумулируется в ФСБ, и ФСБ вырабатывает план мероприятий, он утверждается на координационном совете.
       — Почему сегодня такая схема не действует?
       — Не знаю. Видимо, снобизм есть у каждого ведомства, нет доверия, но есть большие претензии друг к другу. Вы говорите о том, какие выводы были сделаны после Беслана, а нового закона о терроризме до сих пор нет. В первом чтении мы его приняли, а дальше движения нет уже несколько месяцев. В чем причина? В Кремле и в правительстве обсуждается создание специального органа по борьбе с терроризмом. Я думаю так: если до этой глупости мы додумаемся, то террор мы никогда не остановим.
       
       
ОСОБОЕ МНЕНИЕ
       
       Генри ПЛАТЕР-ЗИБЕРК, Центр исследований конфликтов при военной академии Великобритании в Сандхерсте (из отчета «Беслан — уроки выучены?»):
       «Сразу после Беслана В. Путин признал слабость существующей системы и пообещал новую систему координаций действий всех сил на Кавказе. Реформа, начавшаяся еще в августе, призвана увеличить финансирование спецслужб, сделать их более оснащенными и лучше скоординированными. И в первую очередь усилить их на Кавказе… Предполагается более тесное сотрудничество армии с другими структурами.
       Достигнуть этого непросто, хотя общее прошлое в КГБ министра обороны Сергея Иванова, главы МВД Рашида Нургалиева и шефа ФСБ Николая Патрушева может в этом помочь… Придание главной роли в борьбе с терроризмом МВД, особенно на Кавказе, рискованно стратегически, поскольку для достижения успеха министру необходимо прежде всего реформировать ведомство и провести там чистку, для которых у него в данный момент нет ни средств, ни времени… Это ведомство было избаловано еще Ельциным, в нем процветает коррупция. <…> Также известно, что некоторые люди в органах МВД на Северном Кавказе, опираясь на родственные связи, сотрудничают с террористами… <…>
       Президент Путин и его команда теперь испытают желание реформировать правоохранительные органы и спецслужбы как на стратегическом, так и на местном уровне. <…> Его наиболее сложная задача — это изменить методы работы поколения 50-летних сотрудников правоохранительных органов и спецслужб, кто, как Путин, начали служить в действенной, но неэффективной советской системе безопасности и затем испытали десятилетие разочарований. <…> Советская модель работает <…> только в условиях Советского Союза. Они могут захотеть восстановить КГБ и использовать часть его методов в соответствии со старыми внутренними все еще действующими инструкциями. <…>
       Владимир Путин, возможно, будет вынужден изменить свою новую стратегию в борьбе с терроризмом, если координируемая МВД война против террора провалится. Тогда у него есть следующие возможности: создавать новую силовую структуру, передать координирующие функции на Северном Кавказе ФСБ или, что менее вероятно, армии. В любом случае, их modus operandi (образ действий) не в состоянии кардинально измениться».
       
(Публикуется с разрешения автора)
       
       Андрей СОЛДАТОВ, Ирина БОРОГАН,
       Исследовательский центр Agentura.Ru,
       специально для «Новой»
       05.12.2005
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 91
5 декабря 2005 г.

«Тушите свет!»
Единогласная Россия

Битва Челубайса с Пересветом

Волобойские вести

Обстоятельства
Караул устал. Что увидели приехавшие в колонию к Ходорковскому адвокаты

Безразмерное наказание. Громкие приговоры последних лет

Суд да дело
Вынесен приговор тем, кто был с Масхадовым в момент его ликвидации

Подозреваемые в теракте оправданы в четвертый раз

После штурма бесланской школы прокуратура дала экспертам указание особо не ковыряться в трупах

Заявление общественной организации «Голос Беслана»

Расследования
Структурная реформа, которой подверглись российские спецслужбы, поможет эффективнее «отвечать» террористам, но не предотвращать готовящиеся теракты

Кавказский узел
Юлия Латынина. Почему власть унижает своих граждан во всех регионах, а полыхает только на Кавказе

Анна Политковская. Из тех, кто становился в Чечне главами сельских администраций в 2000-м и служил односельчанам, не осталось никого. Всех убили

Новейшая история
Русские уйдут? Страна катится к демографической катастрофе

Милосердие
Нужна помощь Алине Ситниковой

Отделение связи
В небе над Волоколамском

Подробности
Прошли облавы на квартирах нацболов и «родинцев»

Регионы
Ураганные будни Петропавловска-
Камчатского


Страна уголков
Красный рыбный пояс. Специальный репортаж из присоединенной Корякии

Мир и мы
Французские зеленые «приковывают» внимание к российской проблеме

Краiна Мрiй
Бывший охранник Кучмы вернулся в Киев

Инострания
Решение девяти: «Сообщество демократического выбора»

Финансы
Минфин не хочет отдавать долги «Связьинвесту»

Отдельный разговор
Горящие предложения. О чем не догадываются владельцы элитных квартир в новых высотках

Несущие элементы. Половину стоимости дома составляют взятки

Медицина
Когда под сердцем чужой ребенок. Суррогатное материнство: за и против

Почему наш лекарственный рынок лезет в мышеловку с бесплатным сыром?

В России внедряется инновационный подход к лечению онкозаболеваний

Спорт
Юрий Семин: Я надеялся вернуться

Владимир Эштреков: Ну, Семина нет уже в команде!

Проспект Медиа
Журналисты «Радио России» рассказывают о том, что оставалось за рамками эфира

Наши даты
Геннадий Викторович Хазанов. 60-летний учащийся

Наградной отдел
Нынешнее присуждение главной литературной премии стало самым скандальным

Библиотека
Поклонники Гарри Поттера штурмовали прилавок книжного магазина «Москва»

Кинобудка
Печальная сказка про господина Андерсена, Музей кино и последний киносеанс без титра «Конец»

Свидание
Юлия Высоцкая: Я была счастлива в военном городке

Театральный бинокль
Репортаж с репетиции спектакля «Самоубийца» в театре имени Пушкина

АРХИВ ЗА 2005 ГОД
97
96 95 94 93 92 91 90 89
88 87 86 85 84 83 82 81
80 79 78 77 76 75 74 73
72 71 70 69 68 67 66 65
64 63 62 61 60 59 58 57
56 55 54 53 52 51 50 49
48 47 46 45 44 43 42 41
40 39 38 37 36 35 34 33
32 31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12 11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2005 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.Ru

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100